Голубиное перо - Страница 2 - Форум - Гильдия Covert Operation
Сайт гильдии Covert Operation в RFO (Rising Force Online), сервер Асу
Сайт гильдии CovertOps в PW (Perfect World), сервер Орион
Сайт гильдии ТихийОмут в PW (Perfect World), сервер Орион
Сайт гильдии CovertOps в AION, сервер Гардарика
Covert Operation   Четверг, 23.02.2017
 
Меню сайта
Наш опрос
Какой(ие) браузер(ы) вы чаще используете?
Всего ответов: 2178
Статистика
Форма входа
Логин:
Пароль:
Поиск
Друзья сайта
Цитаты башорг
Цитаты няш
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 2 из 3«123»
Модератор форума: Клото 
Форум » Не вошедшее в другие разделы » Флудильня » Голубиное перо (RREINEKE)
Голубиное перо
Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Среда, 21.10.2009, 03:37 | Сообщение # 16
Даос вздохнул. Кряхтя и опираясь на посох, он начал выбираться из кареты, и Дин вдруг снова вспомнила, что учитель ее уже давно не молод. И снова ей стало жаль его, и она кинулась поддержать старика под руку. А тот будто и забыл свою спесь, благодарно улыбнувшись. Но Ксур почему-то не переставал хмуриться. Когда старику помогли спуститься, он схватил Дин за плечо и процедил сквозь зубы:
- От меня ни на шаг!
Дин быстро кивнула. Выражение его лица напугало друидку. Опаленные брови воина будто застыли в одном суровом положении, губы презрительно скривились, короткая челка взъерошенно торчала. Вид, в общем, у воина был не самый добрый… Пока Ксур наблюдал, как отвязывают и уводят их лошадей, а старик беседовал с белокурой девушкой-сидом, Дин все думала, что же такое произошло между отцом и сыном. А, главное, когда. Друидка зевнула. Да так, что глаза заслезились, а уши ненадолго плотно прижались к голове. А вроде бы только недавно проснулась! Но уже снова хотелось в постельку, только бы не эти сны… Она даже не успела обдумать последнее свое путешествие в чужой мир, а скоро снова попадет туда… Надо все же придумать, как наладить контакт с этой девчонкой. А то, того и гляди, нахимичат ей там врачи с головой, и прикроется лавочка.
- А ты задумчивая! – Белокурая девушка наклонила голову. Она очень странно смотрела на Дин, как-то слишком открыто и по-доброму. А вот Дин никакой симпатии к ней ощущать не собиралась. В ответ она только фыркнула:
- Не твое дело!
- Сурик, твоя новая подружка – маленький злобный зверек, - девушка хихикнула, смешно сморщив носик.
- Ты ее знаешь? – Дин удивленно глянула на воина. Тот, заметно покраснев, попытался объяснить:
- Знаю, давно знаю, мы с Элли из одного класса, вместе должны были учиться в Школе Даосов, но я вот…. припозднился с этим… отцу помогал.
- Ну, раз меня уже представили… - Элли, как ни в чем не бывало, протянула Дин свою тонкую белоснежную ладошку. – Назови и ты свое имя.
Друидка тоже протянула свою руку:
- Дин, - «Проклятье! Голос осекся когда не надо!»
- Славное имя, - девушка улыбнулась, тряхнув волосами. Мелкие белые кудряшки пробежали по бледным щечкам. – Похоже на звук колокольчика. Дин-н-н-нь!
Увидев, что Ксур не сводит с Элли глаз, Дин недовольно хмыкнула. Сид решила не замечать этого и продолжила:
- Я отведу вас в ваши комнаты. Даос, меня попросили передать вам, что вы можете идти в свою опочивальню. Вы прекрасно знаете, куда. И что через несколько минут, как только вы переоденетесь, вас ждет Верховный. Идемте, друзья! – схватив Дин за руку, Элли понеслась к воротам, за которыми возвышался высокий каменный замок. Прижав уши и балансируя хвостом, друидка побежала за ней, ведь ничего другого и не оставалось. Чертыхнувшись, следом кинулся и воин, придерживая тяжелый меч. Последним с нервным лаем мимо даоса пролетел Акела. До хруста сжав в руке посох, учитель решительным шагом и, ни капли не хромая, зашагал за ними.
Нырнув в небольшую дверь, проделанную в массивных воротах, наверное, для таких же нетерпеливых, Элли и не подумала сбавить бег. Ее совсем не загорелые икры мелькали в пушистой дорожной пыли, которую взбивали быстрые ноги в белых сапожках. Она настойчиво тянула Дин за руку, вцепясь в ее локоть с поразительной для тонюсеньких пальцев хваткой. «Интересно, как она тетиву натягивает такими-то пальцами», - почему-то подумала Друидка, девушка уже вызывала у нее интерес и даже симпатию, ведь как ни старалась, Дин не могла найти хоть что-то, что бы в сиде ей не нравилось.
- Вот… Вход… - Элли запыхалась, но выглядела абсолютно счастливой. – Это дверь, которая ведет в изолированный… коридор. Идите прямо по нему, друзья, и упретесь в две комнаты. Дин, твоя комната справа, а твоя, Сурик, слева.
- Понял, - буркнул воин и зашел внутрь, даже не дождавшись друидку.
- Спасибо, - Дин протянула ей руку. Вернее, не так, рука сама потянулась навстречу улыбающемуся белокурому ангелу. Элли жеманно присела, придержав пальцами подол короткой юбки, и, схватив ладошку друида, внезапно притянула Дин к себе. От неожиданности та уперлась свободной рукой в плечо лучницы и от изумления широко раскрыла глаза. Прямо на ухо друидке сид быстро зашептала:
- Я ждала тебя, Дин. Тебе трудно поверить, но ты поверь! Приглядись к своему учителю, не принимай каждое его слово на веру, а про свои сны не рассказывай даже Ксуру!
- Да откуда ты все это!... – закричала было Дин, но ее рот тут же крепко зажала ладошкой Элли.
- Знаю. Слышала. Я объясню. Завтра.
Дин сердито оттолкнула Элли, белоснежные кудри скользнули по ее щеке. Уже открывая дверь, она услышала настойчивый шепот:
- Им не нужен меч!!! Им нужна ты! Завтра ты всё…
Глухой удар двери отрезал друидку и ее пса от странного ангела.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Среда, 04.11.2009, 05:07 | Сообщение # 17
Подол мантии скользил по ступеням, неприятно шурша. Семьдесят пятая ступенька, семьдесят шестая… Перед тем, как сделать каждый шаг, он сначала переставлял вперед посох в дрожащей руке и тяжело опирался на него. Восьмидесятая, восемьдесят первая… Если бы не заклинания, поддерживающие еще силу в уставших ногах, он бы давно упал и тут же заснул… Восемьдесят четвертая… Придется остановиться, передохнуть, освежить заклятие. Даос глубоко дышал, облокотившись на свою палку. До Зала Заседаний ему оставалось всего сорок ступеней. Там его не ждут, но, даос уверен, приближение его чувствуют. Повторив в полголоса магические слова, старик чуть бодрее зашагал по лестнице.

- Диана, - неуверенно, сверяясь пару раз с листочком, наконец, заговорила женщина в белом. – Ты, кажется, вовсе не больна. Просто стресс… какой-то легкий, нет повода для волнений.
Дин смотрела на врача, не моргая и чуть нахмурившись. Она даже не слушала натянуто улыбающуюся женщину, но какая-то информация до ее мозга все-таки доходила. Например, то, что зовут ее вовсе не Дин, а Диана. И что все с ней порядке. Просто были плохие сны. Просто нужно съездить отдохнуть, не о чем беспокоиться. Но Дин беспокоилась и все тут! Она только приходила в себя, ей хотелось протереть глаза, потянуться, уже привычным движением руки выключить будильник. А тут на тебе! И спальня какая-то совсем другая, и люди незнакомые… Белые! Неужели… Не может быть! Она попала уже в третий по счету мир и теперь затеряется в пространстве и времени навсегда!
- Да не волнуйтесь вы так, - ледяной рукой врач схватила Дин за локоть. – Идите домой и отдохните, сегодня выходной. Результаты можете забрать потом, они все равно еще не оформлены.
Дин механически встала и, даже не сказав ни слова, вышла из кабинета. Попав в другую комнату, она нашла свою одежду и быстренько избавилась от странной зеленой сорочки.
«Никак не могу проснуться», - пронеслась в ее голове мысль. ЧУЖАЯ мысль! Дин испугалась и собралась хотела было вздрогнуть, как обычно, но тело не слушалось. Вернее, оно не слушалось ее, Дин! А вот эту Диану, которая, кстати сказать, и была здесь всегда до нее. И вот присутствует сейчас, одновременно с Дин. Интересно, слышит ли Диана ее мысли? Друидка напряглась и по слогам произнесла про себя «ПРИ-ВЕТ!» Никакой реакции! Чужое тело все еще послушно собирало вещи и чертыхалось. «Ну ничего, я не так слаба», - Дин пустила в ход заклинания, самую смешную шутку и даже вспомнила самую слезливую историю, которую знала. Но на Диану это не действовало. Теперь они шли к лифту. Табличка «Не работает». Дин нахмурилась. Диана тоже. Странно скривив губы, она вдруг кинулась к лестнице и почти побежала по ней вниз. Раз, два, три, четыре… Дин ничего не оставалось, как считать ступеньки.

Последняя ступенька была окрашена красным цветом. Последняя! Даос уже еле дышал, но финишная черта всегда преодолевается с каким-то энтузиазмом. Старик почти запрыгнул на нее!

С лестницы – в коридор и направо, мимо гудящих белых людей. Я НЕ МОГУ НИЧЕГО СДЕЛАТЬ! ЧЕРТ БЫ ТЕБЯ ПОБРАЛ!

Расталкивая толпящихся в коридоре учеников, - к высокой стальной двери! Нет времени на приличия! Дверь распахивается без стука. Брысь отсюда, мелкотня! Я к Верховному!

Даже не прикрыв дверь, почти бегом, - к зеркалу. Невероятно! У нее получилось! Чуть дрожа от волнения, Диана почти прокричала своему отражению:
- Перестань хмуриться, я хочу улыбнуться!






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Воскресенье, 08.11.2009, 18:42 | Сообщение # 18
- У меня есть версия, я сейчас тебе расскажу, только не перебивай, - Диана медленно шагала по тротуару, загребая носками туфель первые опавшие листья. – Знаю, знаю, ты не можешь ничего мне сказать. Но твои нервы себя выдают, у меня вон уже веко дергается.
Она уже почти была уверена, что все происходящее – не плод ее больного воображения. Вместе с Дин за пару часов они сумели найти общий язык, если, конечно, можно так выразиться. Со стороны можно было подумать, что Диана разговаривает сама с собой и гримасничает, но на самом деле Дин отвечала ей, как могла. Если соглашалась – приподнимала бровь, если не соглашалась – уголки губ. Иногда, конечно, случалась путаница. И тогда Дин сердилась, что Диана неизменно ощущала. Казалось, они должны были испугаться, ощутив друг друга так явно впервые, но обе девушки чувствовали какое-то тепло, будто они были родными сестрами и просто шли рядом и болтали.
- Наверное, мы с тобой просто две стороны одной и той же меня! Просто одна живет в настоящем мире, а другая в воображаемом! – Диана схватилась за щеку, которая дернулась сильнее обычного. – Ну не сердись. Ведь твоего мира не бывает, но о таком волшебстве я всегда мечтала. Просто надо как-то ТОЙ мне помочь… Ты бы умела разговаривать, а.., - Дин повела левой бровью Дианы.
- Вижу, ты тоже согласна, что надо наладить контакт. Вот сейчас дойдем до дома и будем по буквам общаться. Это же проще! «Да» и «Нет» мы уже освоили.
Внезапно Дин начала ощущать, что связь с телом Дианы ослабевает. Ее как будто вытягивало из этого мира. Постепенно начали тухнуть запахи и звуки. Странно, раньше ничего подобного она не чувствовала. Просто просыпалась. Видимо, их единство становится сильнее, раз они настолько продвинулись всего за одну ночь. Не имея возможности сообщить неумолкающей Диане, что она вот-вот ее покинет, Дин мысленно попрощалась с новой подругой и провалилась в темноту…

Даос говорил долго. Когда он ворвался в зал заседаний Верховного, его не стали останавливать и перебивать. Остальные даосы насмешливо молчали, рассевшись на скамье, полукругом огибающей стол, за которым сидел Верховный. Даос говорил о Дин, о том, что она уникальное существо, силу которого можно использовать во благо даосам и Посвященным. Многие грезят о другом мире, но только она способна влиять на происходящее в нем. Мало того, в Городе Инея ее способности общаться с другим миром возрастают в разы.
- Надо обязательно ускоренным курсом обучить ее искусству управлять своими магическими способностями, а в этом поможет меч! – Даос говорил очень быстро, словно боялся, что его перебьют. – А вот когда маленький глупый друид станет Даосом, тогда мы и воспользуемся его слабостями! Разрешите мне отправить ее в выпускной класс! Разрешите ей победить соперников! Научите высвобождать всю мощь своей магии и силы меча!
Даос замолчал. Он смотрел, не мигая, прямо перед собой, невольно разглядывая золотые волосы Верховного. Верховный сидел чуть на возвышении, и даос не мог видеть его лица, не подняв головы. Поэтому он созерцал только изумрудного цвета мантию в цветах, резной посох из кости и вьющиеся волосы до плеч цвета яркой луны. Одной рукой Верховный мерно постукивал посохом о каменный пол. Другая рука неподвижно покоилась на колене. Под сероватой кожей виднелись вздутые старческие жилки. Даос не смел поднять голову и взглянуть в глаза Верховному, поэтому приходилось ждать, когда тот соизволит ответить. Но на Верховного, казалось, слова даоса не произвели ровным счетом никакого впечатления. Ничего в нем не изменилось, ни одного нового движения не появилось. Даос вздохнул. Сейчас его вышвырнут вон. Вокруг уже начали перешептываться. Но когда шепот стал громче, и даосы повставали со своих мест, переговариваясь в полголоса, Верховый вдруг заговорил.
- Молчать… - казалось, он прошептал, но его мягкий голос был услышан каждым и отразился тонким эхом от стен. Все быстренько расселись обратно по местам, а даос, наконец, осмелился поднять голову и взглянуть в лицо Верховного. Златовласый старик смотрел на него, чуть наклонив голову. Он медленно встал, поправил волосы, пару раз стукнул посохом об пол и кивнул:
- Я обдумал. Варо, друг мой, ответишь на мои вопросы, будет по-твоему.
Даос радостно закивал. Он был готов на все, только бы его усилия не прошли даром.
- Для начала ответь, что нам делать с этой историей мечей, я знаю, скоро сюда прибудет второй Меч Черной Магии. А твоя девчонка не умеет ничего. Даже постоять за себя. Второй вопрос: как ты намерен контролировать действия друида в другом мире? И что нам делать с ней потом, после того, как мы получим, что нам нужно?
Варо облегченно вздохнул. Верховный задал легкие вопросы, и он сейчас на них ответит!
***
ДЕНЬ ПЯТЫЙ

Просыпалась Дин тяжело. Впервые после ночного путешествия между мирами так ныло все тело и кружилась голова. С трудом открыв глаза, Дин обнаружила, что еще и видит плохо. Перед глазами плавали круги, а все вокруг было мутным. Прищурившись, она разглядела перед собой чей-то силуэт. Кто-то определенно стоял у ее кровати и смотрел на нее, а Акела даже не реагировал. Ксур? Даос? Фигура была слишком тонкой и маленькой для мужчины. На всякий случай друид вскочила с кровати и нашарила в углу свой меч.
- Эй, полегче! – запротестовал силуэт.
- Элли?! – злости Дин не было предела. Да что позволяет себе этот дерзкий сид! Стоять тут возле ее кровати и пугать?
- Что, плохо тебе, друид? – «Да она издевается!» Дин взмахнула мечом, острие вспыхнуло прямо возле лица Элли, но лучница даже не отшатнулась.
- Дин, успокойся, я ведь помогаю тебе.
- Ну да, конечно, я тебе поверила, - постепенно зрение возвращалось. Из тумана появилось бледное лицо Элли, ее снежные кудри и белые перья над ушами. Элли вызывающе смотрела на Дин и еле заметно улыбалась. Сердиться на этого ангела было сложно, и друидка опустила меч. Лучница словно этого и ждала. По-хозяйски усевшись на кровать и сложив ногу на ногу, она, как ни в чем не бывало, защебетала:
- Я наблюдала за тобой. Возвращение было не из приятных, так? Но сила твоя возросла в этом месте. Я уже в выпускном классе даосов и чувствую такие вещи. Я даже знаю, что нам придется учиться вместе. А ты понимаешь, что это означает? Только один из класса даосов всегда оставался в живых. Нам надо изменить традицию.
- Как? – Дин села рядом с Элли и смотрела на ее лицо, открыв рот от изумления. Она никак не могла смириться с мыслью, что в неизвестном ей городе, в этой странной и страшно заварушке так легко мог найтись новый друг.
- Объединившись, мы сможем дойти до последнего испытания командой.
- Но нас всего двое, от меня и вовсе толку нет, что мы сделаем с остальными учениками?
- Нас не двое, - Элли в упор посмотрела на Дин и горячо зашептала: - Есть еще Ксур, а это уже три. Еще в нашей команде трое замечательных ребят. Оборотень, маг и жрец. Есть легенда, что однажды до вершины дойдут шестеро, и все они будут представителями разных рас и классов. Мы сумеем, мы так долго готовились к этому и… ждали тебя!
- Меня? – хвост Дин взволнованно дернулся.
- Ты наш талисман. Когда я увидела тебя вчера, то сразу поняла, что нам не хватало только тебя, маленького талантливого друида. Ты чем-то отличаешься, Дин, раз так нужна даосам. Это сыграет нам на руку. Убивать тебя они не станут, поэтому разрешат нам пройти испытание Шестерки!
Дин боялась спрашивать, но все-таки спросила:
- Испытание… какого рода?
- Да, пустяки! Иди умываться и завтракать, - кровать противно скрипнула, когда Элли встала. – Там надо монстра убить. Но мы готовились к этому несколько лет, мы одолеем его, милый друид.
Хихикнув, Элли схватила Дин за руку, и девушки выбежали за дверь. Следом с лаем кинулся зaдремавший было Акела.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Четверг, 12.11.2009, 09:20 | Сообщение # 19
Как она вообще оказалась в этой истории? Дин допивала компот из какого-то вяжущего растения и исподлобья смотрела на Ксура. Отдохнувший за ночь и тщательно причесанный воин сидел рядом с Элли и о чем-то с удовольствием с ней болтал. А ведь еще совсем-совсем недавно она выбегала из своего дома и в первый раз шла к наставнику. Друидка помнила, как щекотал щеки теплый воздух и русые волосы трепетали на ветру. И вот теперь она сидит тут, в этом мрачноватом месте со своими новыми друзьями. Несколько дней назад Дин и подумать не могла, что неожиданно и бесповоротно влюбится во вспыльчивого воина, что будет ревновать его к ангелу и соберется с этой странной компанией убивать какого-то монстра. Дин схватила со стола булочку и запихнула ее в рот, постаравшись увлечь себя едой и не смотреть на Ксура и Элли. Так хотелось сказать «Не хочу! Не буду!» Но сразу вспоминались глаза родителей, с надеждой и гордостью отправляющих дочь в трудное путешествие. И даос… Он рискует собой ради нее, да Дин обязана ему жизнью! Ну, конечно, Ксур тоже спас ей жизнь, и только за этот поступок он имеет право не отвечать на ее чувства. Но как же он обнимал ее тогда, когда вез домой на мече… Мысли Дин смешались в странный клубок, который запутывался все больше.
- Чего спишь, Дин? – голос Ксура так напугал друида, что она уронила надкушенную булочку на скатерть. Она и не заметила, что сидит неподвижно и даже забыла пережевывать еду. Воин стоял над ней так близко, что носик друидки ощущал острый запах новых кожаных перчаток.
- Нам пора, милые, - Элли присела на корточки и гладила Акелу. Пес в ответ радостно высунул язык и зажмурился. – Через десять минут надо быть во дворе, даосы озвучат дальнейшую судьбу нашей Дин.
- Почему ты такая добрая со мной, Элли? - Дин давно хотела спросить ангела об этом, но решилась только сейчас.
Элли хихикнула, тряхнув белоснежными кудрями. Ее голос дрогнул:
- Ты ведь невеста моего Ксура. А я поклялась любить его и всех его друзей. Тогда… Раньше… В другой жизни… - белокурый ангел впервые погрустнел и отвернулся. Щеки Дин вспыхнули алым, даже не от слов Элли, а от того, что Ксур молча улыбнулся и приобнял друидку за плечи. Дин попыталась заставить себя пожалеть Элли, но в ее сердце расцветал цветок счастья, и пищи на всякие там сорняки жалости едва хватало.
- Кто прошлое помянет, - зазвенел голос Элли. Казалось, лучница снова взяла себя в руки. – На все про все пять минут! Время пошло!
Схватив свой лук, стоящий у порога, Элли выскочила из маленькой столовой.
- Ксур! – начала было Дин, собравшись с духом, но воин перебил ее:
- Кошечка, мы обо всем поговорим потом! Насчет Элли не беспокойся. Она настоящий ангел, ты сама увидишь. Сейчас все чувства должны быть забыты, нам ведь предстоит серьезное сражение бок о бок друг с другом. А я должен буду защитить вас обеих. Пойдем переодеваться в боевую броню, мы уже можем опоздать.
- Да-да, бегу, - Дин стыдливо отвернулась, и только дернувшийся хвост выдал ее взволнованность.

***

Верховный молча выслушал ответы даоса. Он всегда с недоверием относился к Варо. И, как ожидал, оказалось, что этот старик способен предать своих самых близких людей ради власти. Правда, именно сейчас это было на руку Верховному. Варо не был его другом, родственником или даже приятелем. Как и за многими своими подопечными, он наблюдал за этим даосом издалека. Следил Верховный и за судьбой двух мечей. Он сразу понял, зачем Варо свел мечи вместе и как он это сделал. В хитрости и смекалке этому старику было не отказать! Заметив, что старик вновь неуверенно топчется на месте и ждет вердикта, Верховный произнес:
- Разрешаю. Делай, что сочтешь нужным. До поры до времени.
- Что значит до поры… - хотел было уточнить Варо, но Верховный не стал его слушать:
- Вот еще что! Приказываю всем без исключения проголосовать за! Все свободны.
Спустившись по ступенькам «в народ», Верховный молча, с полуприкрытыми глазами, прошествовал мимо даосов, которые непонимающе всматривались в его лицо. Про себя Верховный усмехнулся. Он любил недоговаривать и смотреть, поймут ли его даосы. Отвечать он не стал, зная, что трусливые старики не посмеют задать вопрос вслух.
Дождавшись, когда Верховный выйдет, даосы кинулись к Варо. Им казалось, только он сможет ответить. Воспользовавшись минутой славы, старик многозначительно кивнул и загадочно разулыбался. Знает он, знает! Но объяснит немного позже.

***
Какое дежавю! Дин стояла в кольце учеников на открытой площадке. Так же, как и три дня назад, она вглядывалась в незнакомые лица и морды с беспокойством. Правда, на этот раз больше половины присутствующих были даосами при полном параде: в балахонах и с боевым оружием. И только небольшая горстка была одета в ученические доспехи с особыми знаком отличия – эмблемой с зеленой ящерицей на черном фоне. Эти эмблемы были везде: на шлемах воинов, топорах зооморфов и даже амулетах жрецов. С правой стороны от Дин стояла необычно серьезная Элли. Время от времени волнующийся Акела, тихоньку взвизгнув, привставал перед лучницей на задних лапах, и она, не глядя, гладила его по голове. С головы до ног одетый в блестящие доспехи Ксур стоял следом за Элли, положив левую руку ей на плечо. Он что-то говорил лучнице, видимо, успокаивал ее. Ничего ему не ответив, Элли натянула почти на самые глаза смешную шапочку из какой-то мешковины и с такой силой сжала свой лук, что ее и без того бледные пальцы побелели. Дин зажмурилась и отвернулась. Разглядывать Элли и ревновать ее сразу к двум своим мужчинам было сейчас явно лишним. Забота Ксура, да что там говорить, и внимание пса, были для лучницы сейчас гораздо важнее, чем для никчемного друида. Ведь она даже не собиралась участвовать ни в разговоре с даосами, ни в битве с монстром. Поэтому Дин предпочла любоваться своим мечом, ласково светящимся на утреннем солнце.
- Начинается. Смотри внимательно! – Элли толкнула Дин локтем в бок. Чтобы успокоить заскулившего пса, друиду пришлось еле слышно шикнуть на него. Акела тут же уселся прямо ей на ноги и заелозил хвостом по земле. В центр двора неспешно выходил высокий даос с длинными волосами. Его кудри и недлинная бородка были скорее желтого, чем рыжего цвета. Одет даос был не так, как остальные. Его ярко-зеленая мантия была украшена цветами, а посох был таким белым, что, казалось, даже светился.
- Волею, данной мне свыше, я, Верховный даос этого мира, провозглашаю начало нового утра! – несмотря на пафосную речь, голос Верховного звучал невероятно естественно. Этот даос (язык не поворачивался назвать его стариком) сразу понравился Дин. Друидка заметила, что и Элли смотрит на Верховного с восхищением. Верховный сказал еще несколько приветственных слов и начал рассказывать о распорядке текущего дня для выпускного класса, как вдруг прямо у его ног в песок со свистом вонзилась стрела. Весь круг ахнул, включая Дин. Озираясь, она пыталась найти дерзкого нарушителя, даже не догадавшись взглянуть на Элли. Верховный замолчал и махнул рукой. Повинуясь безмолвному приказу, даосы и ученики тоже замолчали. В почти полной тишине, кряхтя, даос наклонился и лично поднял стрелу с земли, опережая подбежавших даосов. Изумлению Дин, казалось, не было предела, когда он радостно воскликнул:
- Неужели кто-то осмелился?! Кто-то из вас осмелился вызвать голосование даосов? Знаешь ли ты, смельчак, что в случае отрицательного вердикта, тебя ждет смерть?!
Впереди Дин ждало еще бОльшее изумление: стоящая рядом с ней Элли сделала пару шагов к центру круга. Стянув с себя шапчонку и почтительно поклонившись, вмиг побелевшая лучница с трудом произнесла:
- Я знаю, Верховный!
Дин схватила Ксура за руку, но тот почти грубо рыкнул:
- Так надо, спокойно!
Друидка во все глаза уставилась на Верховного. Что же он скажет? Солнечный даос крутанул стрелу между пальцами.
- Что же… - он проговаривал слова размеренно, смакуя момент, который, видимо, случался крайне редко. – Каково твое предложение, которое ты выносишь на голосование, сид Элли?
- Я хочу… Мы хотим! – голос Элли зазвучал увереннее, словно она почувствовала, что действует в интересах своих друзей. – Да, мы хотим пройти испытание Шестерки!
Даосы не сдержались: по кругу прокатился возмущенный вздох и замер немного не долетая до Дин. Верховному же происходящее явно было по нраву.
- Это неслыханно! И невозможно, увы, дорогой сид, - говорил он теперь насмешливо, прищурено глядя прямо в глаза бледной Элли. – Ведь в нашем выпуске нет ни одного друида. Ни одного, понимаешь! Шестерки быть не может!
- Есть… - Элли прошептала очень тихо, и только по движению губ Дин догадалась, что ответил ангел. Лучница стояла спиной к друидке, но ее лопатки под кожаной накидкой были так напряжены, что несложно было понять, как ей сейчас страшно.
- Слыхали? – теперь Верховный обращался к даосам. Кто-нибудь здесь учил хоть одного друида за последние годы? Даосы молча мотали головами. Чувствуя, что сейчас дело дойдет и до нее, Дин прошептала: «Спокойно, Акела, спокойно… Мы тут не при чем…»
- А это и не обязательно! – Элли кинулась к Дин и за руку выдернула ее из толпы. – По правилам, мы можем создать Шестерку из тех, кто находится в этом городе! Конечно, только с его согласия. Так вот Дин – член нашей команды! И она согласна!
Комок в горле друидки возник внезапно. Не в силах противиться напору Элли, она судорожно закивала.
- Хм, - Верховный смотрел вовсе не на нее, а на ярко-желтый меч. – Пусть выйдет вся команда, и мы проголосуем.
Рядом с Элли и Дин, буквально висящей на плече лучницы, в один момент возникли еще четверо. Кроме Ксура, сжимающего острый меч, перед Верховным почтительно склонились зооморф-волк, взъерошенный жрец в круглых очках, прижимавший к груди смешной маленький чакрам, и смуглый темноволосый маг с длинным, с него ростом, кривым посохом.
Осмотрев шестерку, Верховный посохом начертил на песке круг и процедил:
- Выносится на голосование. Камни бросать сюда.
Даосы подходили по одному, разглядывали смельчаков и бросали в песок камни. Первым в центр круга плюхнулся плоский серый камень. Следом о песок ударился такой же черный. Глядя на странную цветовую гамму, Дин испугалась. Неужели все пропало, и Элли сейчас убьют? Но ни Элли, ни ее друзья не подняли глаз. Они смотрели себе под ноги, каждый что-то шепча. Последним к кругу вернулся Верховный. Медленно достав из кармана свой прозрачный камень, он бережно опустил его на пирамидку из других камней.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Пятница, 29.01.2010, 07:41 | Сообщение # 20
Когда прямо перед глазами яростно рычит оскаленная дикая лисица, целящаяся прямо в горло, страшно так, что сердце сжимают тиски, и мышцы собирают невесть откуда взявшиеся последние силы для отчаянного сопротивления. Когда над головой любимого учителя заносит посох безжалостный маг, страшно так, что не успеваешь подумать и бросаешься в неравный бой. Когда силы покидают, в глазах темнеет и сознание гаснет, страшно так, что собрав все мужество, дочитываешь до конца заклинание перевоплощения, в полном отчаянии положившись на сжатый в руке меч.
Но куда ужаснее осознанный страх: когда твоя подруга может быть убита у тебя на глазах, и ты ничего не можешь сделать, кроме как покрепче сжать ее тонкие пальцы, страшно так, что к горлу подкатывает ком, страх сворачивается в животе и парализует ноги, делая их ватными в коленках. Язык немеет, а сердце стучит так сильно, что готово взорваться в груди.
Дин испытывала сейчас именно такой, тягучий, высасывающий силы, опаутинивающий страх. Пока Верховный молча и медленно пересчитывал камешки, друид яростно колотила хвостом по своим ногам, по голым икрам притихшей Элли, по морде фыркающего Акелы, посоху стоящего рядом мага. Единственная часть тела, которая, казалось, не потеряла способность двигаться – был полосатый хвост. Когда непоседливый хвост в очередной раз хлестнул по изогнутому посоху, маг грубо схватил его рукой. Дин чуть не взвизгнула. Она еле сдержалась, но зрачки ее расширились от внезапной боли. Маг сжал мягкий хвост рукой и даже не думал отпускать его. Хвост продолжал конвульсивно дергаться в его смуглых пальцах.
- Др-р-руид, - прорычал маг. – Ненавиж-ж-жу…
Дин вздрогнула. Почувствовав, наконец, с какой силой друидка схватила ее за руку, Элли оглянулась.
- А ну отпусти! – лучница зашипела, схватив мага за запястье. Секунду они смотрели друг на друга с яростью. Маг мягко выпустил хвост.
Хлопок. Еще один. Верховный аплодировал шестерке смельчаков:
- Замечательная команда! И – мои поздравления! Единогласно. Вы пойдете на схватку. Если не перегрызете друг друга, у вас есть шанс.
Дин стало вдруг нестерпимо стыдно. Даже уши начали гореть, и только полосатая тонкая шкура на них скрывала красноту кожи. Прижав уши к голове, она озиралась по сторонам. Почему-то ей казалось, что они шестеро, даже не найдя понимания внутри своей маленькой группы, тем не менее оказались против всего этого мира. Ну, по крайней мере, против города Инея. Ученики смотрели на них во все глаза с нескрываемой ненавистью. Казалось, если б не даосы, они б кинулись на них без промедления и растерзали на кусочки. Ведь даосом может стать только один из выпуска или одна шестерка. Так что их надежды на завершения обучения в этом году вмиг растаяли. Сами даосы даже не смотрели на смельчаков. Они сложили руки и наклонили голову в какой-то молитве. Шестеро молодых учеников, нахмурившись и с встревоженными лицами смотрели на Верховного. А тот улыбался уголками губ, перебирая в руке камушки.
Элли – отважный лучник – наконец кивнула и, медленно развернувшись и высвободив тонкие пальцы из руки друида, уверенно зашагала в сторону кучки даосов. Следом за ней почти побежал жрец, так же прижимая одной рукой к груди маленький чакрам, а другой придерживая очки, чтобы они не соскользнули с тонкого носа. За друзьями пошел и маг, искоса глянув на Дин и подмигнув ей, мол, не бери в голову. Он тяжело опирался на свой кривой посох. Почти в ту же секунду за тройкой товарищей двинулись и оборотень с Ксуром. Воин даже не посмотрел на Дин. Вздохнув и бросив последний испуганный взгляд на усмехающегося Верховного, друид, загребая носками одетых в металл сапог песок, зашагала за своими невольными соратниками. Пес трусил рядом, даже не пытаясь заигрывать с хозяйкой. Он прекрасно чувствовал ее напряженность и старался не привлекать к себе внимания.
«Все это.. нереально. Пусть это будет действительно вымышленный мир, а то в голове не укладывается», - Дин впервые подумала о своем мире именно так: отрицая и ненавидя его. Чувствуя себя жалкой и виноватой во всем, прижав уши и поджав хвост, она прошмыгнула мимо даосов и чуть на отдалении тащилась за пятеркой учеников. Пройдя еще несколько шагов по узкой улочке, все пятеро остановились и заозирались.
- Поторопись, Дин! - крикнул Ксур. Остальные четверо вокруг него заметно занервничали и перебирали ногами, будто готовые сорваться с места и побежать. Куда? Зачем? Друид ускорила шаг, торопясь на голос своего любимого. Кашу в голове она решила пока не разгр*****. Снова. Как всегда. А хаос в мыслях все рос, как снежный ком. И всякий раз Дин откладывала эту необходимость разобраться в нем. До воина и его друзей осталось всего несколько шагов, как вдруг все пятеро со всех ног побежали!
- Быстрее!!! – почти взвизгнула Элли, на бегу вынимая из висевшего за спиной как рюкзак колчана длинную стрелу. Уши Дин уловили непонятную возню сзади. По хвосту от основания до самого кончика дружно пробежали напуганные мурашки. Не оглядываясь, друид бросилась бежать, по пятам за ней летел Акела. Что там? Почему все так напуганы?
Согнутая в локте рука Элли и пальцы, сжимающие лук, как обычно побелели от напряжения, острие стрелы грозно блеснуло. Развернувшись в пол-оборота, лучница, чуть наклонив голову, сосредоточенно целилась куда-то за спину друиду. Отбежавший немного дальше жрец тоже остановился. Остальные трое неслись дальше, к запертым воротам. Быстро поправив очки, жрец необычайно ловко крутанул чакрам и, схватив его обеими руками, держал свое маленькой оружие прямо у своей груди. Парнишка с взъерошенными волосами закрыл глаза и, казалось, уставился в землю. Вокруг него стали медленно подниматься и закручиваться песчинки. Преодолев последние пару метров, Дин одним прыжком оказалась за спиной Элли, и в тот же момент лучница разжала пальцы. Летящая стрела вспыхнула в воздухе и вонзилась в песок прямо под лапами огромных черных волков. Отпрянув от еще горящей стрелы, звери сбились в кучу. Тут же всю их группу охватил песчаный смерч, вырвавшийся из чакрама жреца. Волки побежали, огибая пугающее их пламя. Но ноги их сковывал бушующий песок, и бежать быстро звери не могли.
- Бежим, - Элли схватила Дин за руку. Опять бежать. Последние дни она только и делает, что убегает от кого-то. Друид неслась рядом с хмурящимся ангелом. Чуть сзади, постоянно оглядываясь, топал жрец. Хвост друида вытянулся в струну, кончик его аккуратно подруливал. Как только все трое вылетели из города через уже открытые ворота, мужчины тут же захлопнули их.
- Откуда они? – запыхавшись, спросила Дин, боясь выпускать руку Элли. - И как же остальные ученики и даосы? Их надо предупредить!
- Они нас не предупредили! – фыркнул маг.
- Испытание началось, Дин, - голос Ксура наконец-то прозвучал спокойно и ласково. – Эти псы пущены нам вслед, чтобы нам не было дороги назад. Пока мы не расправимся с легендарным монстром. Странно, что отец не сказал…
- Ну и ладно! В лесу переночуем! – насмешливо перебил оборотень.
- Риду не привыкать, - согласился взъерошенный жрец, как всегда говоря о себе в третьем лице.
- Заодно познакомимся как следует, - кивнул маг, протянув руку Ксуру.
- И продумаем тактику, - мурлыкнула Элли.
Дин улыбнулась. Ей больше не было страшно.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Пятница, 29.01.2010, 07:45 | Сообщение # 21
В тот день никаких потрясений и приключений больше не было. Смуглый маг, которого, кстати, звали Тим, привел всех к небольшому гроту для ночевки. Здесь, в скрытом от посторонних глаз месте, он совершенствовал свои навыки владения разными видами магии. Со словами «Чую, больше мне тут не бывать», он впервые в жизни снял с грота магическую завесу для того, чтобы пропустить туда гостей. В гроте был постелен ярко-зеленый пушистый ковер, поэтому Тим потребовал разуться перед входом. Дин пришлось вытереть Акеле лапы, а себе хвост насухо, чтобы не дай бог не оставить на ковре пятен. Оружие и тяжелые доспехи тоже сложили у входа. Вновь наколдовав на грот завесу, маг плюхнулся на ковер и тут же заснул в обнимку с посохом. Элли достала из сумки лепешки и раздала остальным. Пару часов все занимались своими делами. Кто-то точил клинки, кто-то просто отдыхал, а Дин разглядывала свой меч и думала о Касе. Потом Ксур растолкал мага и все вместе принялись обсуждать завтрашний бой. Друида отправили спать. «Все равно ведь толку ноль». Дин хотела было возразить, но усталость взяла свое. Кроме того, она хотела хотя бы в последний раз встретиться со своей новой подругой из другого мира. Свернувшись калачиком рядом с Акелой, девушка быстро уснула.

ДЕНЬ ШЕСТОЙ
Теплый запах поджаренного хлеба. Просыпаться от него так приятно! И так уютно поворочаться немного, ощущая этот манящий и домашний запах перед тем, как окончательно проснуться. Ухо Дин дернулось: за запахом пришел и звук – шипящий, щелкающий звук, который издает хлеб, обмакнутый в масло и жарящийся на огне. Друид открыла глаза. Акелы рядом уже не было. Элли жарила тосты у входа в грот, пес сидел рядом и жадно смотрел на еду. Сам грот был пуст. Но почему она не видела снов?! Дин вскочила. Это первая ночь, когда она не была в другом мире. Что-то произошло? Сердце друида сжалось. Что-то случилось с Дианой? Она умерла? Заболела?
- Ты проснулась? – в грот заглянул белокурый ангел. – Умойся и пойдешь в лес, звать мальчиков завтракать.
Дин вздохнула. Ее друзья не смогут ответить на этот вопрос. Рядом с гротом она нашла бочку с холодной водой. Друидка умылась и почистила зубы домашней щеткой из осины. Когда выполняешь те же движения, которые постоянно повторяешь дома, невольно чувствуешь дежавю. Вот и Дин ощутила особенный домашний аромат. Ей даже показалось, что, если закрыть глаза, можно отчетливо представить себя в своем доме. Но настроение было ужасным. Все шло совсем не так, как ей хотелось! Вместо большой чопорной школы гениев она оказалась в каком-то городе сумасшедших. Вместо обучения искусствам даосов она будет сражаться с каким-то монстром. Или, что еще хуже, смотреть, как умирают ее новые друзья. А под занавес всего этого веселья ей предстоит встреча с лучшей подругой. Которая может закончиться плачевно. Да еще и связь с другим миром для нее потеряна. А будет ли еще шанс пообщаться с Дианой? Ведь они только нашли общий язык, и, возможно, вместе могли бы отыскать истину… Да еще с Ксуром все как-то не так… После встречи с Элли он перестал быть таким же добрым и нежным, как раньше. Почти не разговаривает, хмурится, подойти к нему страшно…
- Поторопись, Дин, - голос Элли ворвался в ее мысли. – Ребятам надо поесть перед боем. И лучше бы еда была горячей. Рид, Ксур и Айфоня за гротом, собирают лекарственные травы. А Тим чуть дальше на север от них – тренируется.
Дин прыснула – имя оборотня ее рассмешило. Позвав пса с собой, она побежала за голодными бойцами. И действительно нашла их за гротом. Рвал растения только Рид. Чертыхаясь и то и дело поправляя очки, он ползал на четвереньках и остервенело срывал какую-то белую траву. Увидев такую картину, Акела с радостным лаем кинулся к жрецу и чуть не повалил его на землю, толкнув всем телом. Отбежав подальше, он снова бросился к парню, который разронял все свои травинки и теперь, ругаясь гораздо громче, подбирал их. Воин с оборотнем живо обсуждали тактику боя, сидя рядом в траве и время от времени для вида срывая какой-нибудь сорняк. Сказав всем, что скоро завтрак будет готов, друид, улыбаясь, пошла за магом. Положившись на свое природное чутье, шагала друидка довольно уверенно. Акела остался забавляться со жрецом, но она знала, что обязательно найдет мага и без собаки. Сработавшие заклинания придают воздуху особый тончайший запах. Друиду не составит труда учуять его






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Пятница, 29.01.2010, 07:48 | Сообщение # 22
Шшшшш… Шшшшшш… Дин остановилась. Под ее ногами в траве определенно что-то шипело. Шшшшш… И шипение это приближалось. Друидка хотела было выхватить из ножен меч, но ее пальцы нелепо зашарили по поясу – меч остался в гроте. Ужас… Уши друида прижались, шерсть на хвосте встала дыбом. Ее животное сознание ощущало серьезную опасность. Но кто это? И, главное, откуда? Внезапно прямо из-под ее ног из травы выглянула зеленая змея и тут же яростно зашипела, брызгая ядом. Дин шарахнулась назад, но, зацепившись пяткой за какую-то корягу, потеряла равновесие. «Акела!...» Падая, друид успела увидеть, как справа от нее прямо в воздухе появилось очертание пса. А, уже сидя на земле, она увидела изумрудные глазки маленькой змеи, которую она и приняла за корягу. Да их тут штук сто! Дин вздрогнула. Рядом с ней появилась только половина собаки, остальная половина состояла еще из светящейся пыли. Но как только материализовалась голова Акелы, пес тут же стал яростно вгрызаться в траву, направо и налево раскидывая зеленых змей. Дин лихорадочно работала руками, скидывая с себя скользких тварей. Но одна змеюка все же умудрилась заползти ей на колени и широко разинуть пасть, готовясь к атаке.
- Сгинь! – голос мага прозвучал так зло, что друид на мгновение забыла про змей. Внезапно маленькие гадюки разом исчезли. Дружно блеснув глазами, они превратились в зеленые облачка дыма, растворяющиеся прямо на глазах. Дин было благодарно вскинула глаза на Тима. Но слова благодарности застряли у нее в горле.
- Чтоб тебя! Всю тренировку мне испортила! - На нее смотрели два зеленых глаза, настолько ярких, что, казалось, они светились изнутри. Вместо привычных зрачков глазные яблоки Тима были равномерного изумрудного цвета. Дин даже показалось, что из глаз мага струится такой же зеленый дымок, как и из змей. Но мысль эта девушке показалась жуткой, и она быстро ее из головы выкинула. Маг протянул руку, его пальцы дымились, как ни странно, зеленым светом.
- Вставай, неумеха!
- Сам такой, - буркнула друидка себе под нос. Все-таки ей не хотелось злить зеленоглазое существо, сидящее внутри этого парня. Ее холодная ладошка скользнула в смуглую руку мага. Почти в то же мгновение пальцы Тима приняли свой естественный оттенок, а с глаз в буквальном смысле «сморгнулась» зеленая пелена. Когда друид встала, напротив нее был все тот же задира-маг, смуглолицый, с обычными серо-зелеными глазами.
- Слушай, извини, что сорвался на тебя, - маг тут же принялся извиняться, чем очень поразил друидку, ждущую от него, после недавних событий, только гадостей и колкостей. Скосив глаза в сторону, Тим продолжал, уже не глядя на друидку. Видимо, ему действительно было страшно. Да что там! Просто жутко! Дин внимательно слушала. Она и не знала, что всю свою небольшую жизнь, прямо с пеленок, этот молодой маг постигал лесное чародейство, такое редкое и ценное. Он учился сначала у отца, потом – у деда, затем поступил в школу Даосов, и до сих пор шел вперед с отличными оценками. Но не мог отказать друзьям. И вот теперь его терзают даже не сомнения, а страх. Он ясно видел, что не переживет этот поединок. Но готовиться спустя рукава позволить себе не может. Вот он и тренирует сейчас свое самое главное оружие – ядовитые листья-стрелы, но выходят почему-то зеленые змейки…
Вдруг друидка заметила, что обычно ровно лежащая на лбу челка мага теперь торчала колючками в разные стороны. Дин прищурилась: и правда, волосы Тима почему-то были влажными.
- …совсем не получается это заклинание, а оно будет очень необходимо на испытании… - как ни в чем не бывало, продолжал смуглый маг. Когда он наклонил голову, Дин увидела, что затылком он касается намокших после ночного дождя листьев дерева, висевших на тяжелых склонившихся ветках. Ей вдруг нестерпимо захотелось провести рукой по черной голове мага, по капелькам в жестких волосах. Но всегда эти условности, тысячи условностей…
- Дин, ты слушаешь меня? – черные брови сдвинулись. Девушка решительно протянула руку, ласковые пальцы коснулись жестких мокрых волос. Маг улыбнулся.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Пятница, 29.01.2010, 07:49 | Сообщение # 23
Мягкий, легкий поцелуй. Дин не могла и подумать, что первый в своей жизни поцелуй так беззаботно отдаст едва знакомому парню – задире-магу, черноволосому чертенку с длинными ресницами. Нежность к этому нахальному бесенку переполнила ее, когда Тим провел смуглыми пальцами по ее щеке. Поцеловав Дин, маг подхватил ее на руки и прижал к себе, как ребенка. Друидка обхватила шею Тима. Назойливая ветка роняла на них прохладные капли. Друид и маг были одни на этом свете, даже Акела, превратившись в золотую пыль, исчез. Одни во всем мире…
Легкий толчок в бок заставил Дин вернуться в реальность. Нелепо поморгав, друидка благодарно кивнула сидящей рядом Элли. Голоса настоящего постепенно возвращались в ее мозг и снова начали восприниматься. Но легкая дрожь от недавних воспоминаний все еще не унималась в полосатом хвосте. Они с Тимом вернулись в грот совсем недавно и умудрились пропустить завтрак. Ксур холодно встретил опоздавших. Он не пожал протянутую руку Тима и даже не взглянул на Дин. Наверное, он все понял. И друидка сжалась в комочек, пытаясь спрятаться от собственного стыда. Она ведь любит Ксура! Правда, Тима она теперь тоже любит… «Идиотка», - про себя фыркнула девушка. Чувства к двум молодым людям теперь разрывали ее на части. К воину она испытывала безмерную благодарность и уважение. К магу – нежность и восхищение. Но за столько дней она ни на йоту не узнала Ксура, настолько он закрытый от нее, несмотря на свою простоту. Элли наверняка знает его гораздо больше. А суровый маг теперь казался друиду хорошим другом. Голодный и уставший, он улыбался уголками губ, не сводя глаз с Дин. Ксур сидел насупившись. Все пятеро слушали жреца, который самозабвенно водил веточкой по деревянной доске. На доске уже были начертаны разные символы. Иногда Рид мелком добавлял стрелочки и пунктирные линии, волнуясь и постоянно взъерошивая челку или поправляя очки. Отличный стратег, он методично вбивал в головы своих друзей, где и что они должны делать.
- Напоминаю в последний раз! – указательный палец вверх, легкое смущение, Рид продолжал. – Элли, ты выйдешь к монстру первая. Не подходи к нему близко, не выходи из тени, просто пусти в него одну стрелу. Ты способна стрелять очень далеко, поэтому бояться тебе нечего. Скорее всего, простая стрела без магии не сможет пронзить толстую шкуру, но этого достаточно, чтобы разозлить монстра. Когда он побежит на тебя, сразу прячься за Айфоню. Айфоня будет ждать нашего врага в образе тигра. Я замедлю движения монстра, а тем временем, Элли и Тим, атакуйте его всем, чем можете, только силы берегите. Пусть он как следует рассвирепеет. Потом в бой вступит наш тигр. Друг, на меня можешь положиться, я все свои силы и умения брошу на то, чтобы сделать твою шкуру прочнее, удары монстра менее болезненными и успею заживить все твои раны! Ксур, зайдешь к монстру с хвоста, ему будет некогда оборачиваться и некуда отступать. Элли и Тим, цельтесь монстру в морду…
- А друид чего делать будет? – простодушно хмыкнул оборотень.
- Дин туда нельзя! – Ксур вскинул брови.
- Дин пусть спрячется! – почти в тот же момент прозвучал голос Тима.
Молчание. Почему, когда все вдруг замолкают, становится так неловко? Уши вот краснеют… Хвост… По лицу краска заливается. Дин вжала голову в плечи. Элли насмешливо фыркнула, тут же смущенно глянув на друидку. Оборотень тоже, наверное, покраснел, настолько виноватым он сейчас выглядел. Но под густой шерстью видно ничего не было. Жрец молчал. Он сердито и с большим волнением теребил свои очки, яростно вытирая их рукавом. Воин и маг не сводили глаз друг с друга. Ксур сжимал в руке рукоять меча, да и маг, казалось, еле сдерживал опьяняющую его ярость.
«Трусиха!» - ругала себя Дин. – «Сейчас же придумай что-нибудь! Надо разрядить обстановку!»
Элли - белокурый ангел – решительно поднялась на ноги:
- Думаю, волноваться не о чем. В каждом из нас достаточно ярости, чтобы завтра мы одержали победу!
***
ДЕНЬ СЕДЬМОЙ.
Дин и Элли сидели, прижавшись друг к другу, в почти опустевшем гроте. Рид спал прямо на ковре, почти каждые минут пятнадцать нервно вздыхая во сне. Теплый плед, в который, наверное, холодными одинокими вечерами укутывался Тим, сейчас мягко укрывал плечи девушек и дрожал вместе с ними. Обе молчали. Друид прильнула лицом к уголку зеленого пледа, вдыхая легкий запах лесной магии – запах Тима. Кожу на щеках стянуло от слез, пролитых по меньшей мере час назад.
- Иди спать, - охрипший и суровый голос Элли. Дин не двинулась с места. Лучница больше ничего не сказала. Они так и уснули, прижавшись друг к другу под мягким зеленым пледом.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Вторник, 30.03.2010, 15:41 | Сообщение # 24
ДЕНЬ ВОСЬМОЙ

Связь прервалась. Она чувствовала это тягучее, противное отсутствие связи. Странное ощущение. Вот когда чего-то просто нет и не было, мало что ощущаешь. А если что-то было, но этого чего-то вдруг не стало, чувствуешь отсутствие как-то очень ярко. Особенно если это что-то было чем-то важным и приятным. Диана замерла, глядя в свою тарелку и ничего не видя, пытаясь разобраться в этих глупых и сложных рассуждениях. Опущенная вилка в полурасслабленной руке воткнулась во внушительную горочку пока еще теплого мягкого картофельного пюре. Вот уже целые сутки прошли с тех пор, как связь с друидкой прервалась. Сутки. Страшные, тягучие двадцать с лишним часов безумного беспокойства. Что с Дин? Что она сделала? Куда вдруг подевалась? Неужели так долго безвылазно сидит в убежище мага? Вспомнив вдруг о Тиме, Диана бросила вилку на стол и обхватила ладонями шею. Ей стало холодно, а горячая шея, обжигая замерзшие пальцы, с детства успокаивала Диану. Собственная встроенная батарейка. Но сегодня батарейка не сработала. Ей тоже успел понравиться красавец-чародей. И ей, наверное, не намного было легче, чем маленькому отчаявшемуся друиду, потерявшему за несколько минут сразу четверых друзей. Ведь вместе с Дин Диана ощутила тот мягкий, нежный поцелуй, и теперь помнила ласковые пальцы мага. Вместе с Дин Диане было страшно, когда один за другим гибли друзья. Правда, когда сердце друида вдруг обожгло чувство вины, душу Дианы терзало осознание собственной беспомощности. Даже сейчас она совсем ничего не могла предпринять. Девушка была уверена: если Тот мир – не плод ее фантазий, то уж точно путешествия туда зависят только от ее желания. Стоит только… уснуть. Но оказалось иначе. Почти сутки она спала или дремала, ну, на худой конец, пыталась уснуть. Но связь с Тем миром вдруг исчезла.
Диана встала из-за стола – сегодня было не до завтрака. Она решила использовать еще один способ – на холодильнике лежала приготовленная заранее таблетка.

***
В пещере, вроде бы, и холодно-то не было. Ну, может, чуть-чуть прохладно. Но сырость пробирала до костей. Дин вздрагивала, когда беспокойные мурашки добегали до того места, где в лисьем обличии у нее был загривок. Это место почему-то оставалось весьма чувствительным, даже когда друид стояла на двух ногах, а не на четырех. Акела жался к ногам хозяйки, то и дело норовя спрятать холодный нос в складках ее юбочки. Но приноровиться к шагам девушки у пса никак не получалось, а все потому, что сама Дин подстраивала свой шаг под передвижение своих друзей. Те, кому предстояло через несколько минут стать ее соратниками в сражении, часто замедляли шаг или вовсе останавливались, сверяясь с маршрутом. Огромный белый тигр шел по следу, уткнув усатую морду в пыльный каменный пол. За ним шел Ксур. Воин что-то подсказывал тигру, хмурясь и глядя куда-то себе под ноги. Третьим легкими шагами ступал Тим. Его посох ярко светился, освещая в темноте пещеры путь на пару метров впереди морды тигра. Рид и Элли шагали за магом, о чем-то перешептываясь. Дин участия в этом процессе не принимала. Она завершала процессию, зябко поеживаясь. Она думала о доме, о своих родителям, и о том, что, если не выживет сегодня, то никогда не разгадает тайну Другого мира, не станет даосом, не вернет коня… Друид и не заметила, как ее пальцы начали вдруг мягко, но нервно теребить бархатное ухо огромного пса. Акела довольно фыркнул. Вдруг очень быстро и совершенно неожиданно все шестеро вышли на широкую, залитую светом площадку. Дин никогда бы не подумала, что в самом сердце каменной пещеры может оказаться огромное помещение, практически под открытым небом. Поднимаясь высоко над головами товарищей, стены пещеры не смыкались там, где должен был быть потолок. Кто-то будто снял крышку, обнажив небо. Из каменного пола горной пещеры росли здоровенные деревья. Сильные, здоровые, они возвышались метров на шесть над полом. Их стволы будто были вбиты в камень, а кроны сплетались в ажурный купол. Деревьев было двенадцать. Они сгрудились, защищая друг друга в этом унылом месте, и тем самым образовав маленькую рощицу.
- Зал Двенадцати Деревьев, - с благоговением проговорил Рид. – мы пришли.
- Да и Он придет скоро, - усмехнулся Ксур, указав на еще один вход в залу, прямо напротив того, откуда они только что пришли. С розово-лилового неба глядело сонное, а потому еще недоброе и неяркое солнце. Оно лениво выползало из-за высоких стен горной пещеры, равнодушно освещая деревья и семь существ под собой, как бы нехотя совершая свой рассветныймоцион. Воин бесцветно произнес:
- Две минуты. Готовимся.
Взъерошенный жрец, стремительным движением поправив очки, судорожно зашептал заклинания, возлагая на своих друзей весь набор известных ему защитных заклинаний. Остальных слова Ксура будто и не касались. Айфоня, сверкнув клыками, лег белоснежным брюхом прямо в пыль, подняв на мгновение в воздух облако возмущенных пылинок. Жли подмигнула Дин и села на спину скучающему тигру, которые, казалось, и не заметил такой прибавки в весе. Маг задумчиво поворачивал кисть левой руки, и вместе с его пальцами в воздухе поворачивался маленький шарик зеленого пламени. На Дин Тим даже не взглянул. Друид облизнула мигом пересохшие губы. Было обидно. Пристальный мягкий взгляд Ксура настроения не поднимал. Ведь она жаждала сейчас взгляда совсем другого существа. Воин подойти не решился. Так и простояв без движений отведенный пару минут, он прервал небольшую передышку.
- Пора, - прохрипел он дрогнувшим голосом.
В ту же секунду пол сотрясли тяжелые гулкие шаги, больше похожие на стук громадных копыт. Звук сопровождался многоголосым ворчанием. Не дожидаясь команды, Элли вскочила и, как всегда ловко вынимая на ходу стрелу, скрылась за поворотом. Шаг… Второй… Третий… Четвертый… Когда приближающиеся шаги и зву каблуков Элли вдруг оборвались, наступила жуткая тишина. Кусая губы от волнения и по приказу Ксура прижавшись к стене, Дин ен сводила глаз с черноты, в которой скрылась лучница. Дикий обиженный рев и победный стук каблуков, а затем – беспорядочный топот заставили всех облегченно вздохнуть: белокурый ангел возвращался, и не один.

Худенькая блондинка выпорхнула из-за поворота. Она успела пробежать метров пять, и только тогда в клубах пыли на каменную площадку вылетел монстр, которого все ждали. На повороте его занесло. Чиркнув по полу передними копытами, он скакнул вперед и остановился, будто давая себя рассмотреть. Это был вовсе не чудовищных размеров дракон, как представляла себе Дин, а жутковатого вида всадник. Его тело срослось со спиной и шеей коня, который, кстати, был словно покрыт блестящей слизью. Конь имел на своей морде четыре глаза, расположенных практически на лбу. Глаза спокойно моргали, уставившись куда-то вдаль. Конь переставлял копыта-сковородки, будто он давно застоялся, и пробежка ему понравилась. Напряженная шея коня была чуть согнута, уши трепетали. «Лошадь как лошадь, - подумала Дин. – Ну, странная немного… Но вот сидит на ней действительно адское существо». Всадник был вообще лишен глаз. У его рогатого шлема была только одна прорезь – для клыкастого рта, из которого вырывались клубы серого пара. В каждой руке всадник держал по пике длиной метра по два. Сделав несколько свистящих вздохов, монстр вдруг взвился на дыбы, и рассерженный конь понес своего не менее злого хозяина на Элли, готовясь растоптать ее, а затем и всех остальных. Лучница уже стояла за спинами Ксура и Тима и с места не сдвинулась, но заметно занервничала и натянула тетиву.
- Стрелять по команде! – рявкнул воин. В тот же миг всадник с диким визгом завертелся на месте, с поразительной ловкостью нанося удары пиками. Но кому? Дин вытянула шею и встала на цыпочки. Казалось, всадник бьется с собственным конем. Но по лучу исцеляющего света, посланного Ридом, и количеству друзей в зоне видимости друида поняла – под ногами чудовища мечется Айфоня. Маленький белый тигр, которого и видно-то не было из-за мельтешения копыт, хвостов и пик.

Если бы сейчас кто-нибудь посмотрел на друида со стороны, вряд ли узнал бы ее. Уши плотно прижаты к голове, брови удивленно вскинуты, глаза округлены от страха, губы свело от ужаса. Дин сидела на корточках, прислонившись спиной к стене и прижимала к себе недоумевающего пса. Ей было страшно. Нет, ей было очень страшно! Ее оглушали звуки сражения: жуткий звон мечей и пик, отрывистое рычание обезумевшего от боли тигра, свист стрел Элли, сводящая с ума нестройная музыка магии Тима, грохот копыт, крики, ржание озлобленной лошади, вклинивающийся в это многоголосие битвы нездешний, похожий на музыку арфы, звук исцеляющего луча, рожденного молитвами Рида. Пес, привыкший к сражениям, вертел головой, яростно блестел глазами на монстра. Уж очень ему хотелось вцепиться зубами в круп бешеной лошади, а затем мощным прыжком запрыгнуть на спину всадника и перегрызть ему горло. НО Дин не разделяла его порыва. С подплывающей к сердцу паникой справиться она не могла.
Внезапно к ее ногам подлетел листок. Зеленый, обычный листочек с тонкими прожилками. Он мягко опустился в пыль, ярким пятном врезавшись в страх Дин. От неожиданности страх дрогнул и рассыпался в прах. Звуки вокруг пропали. В гулкой тишине сначала возник тонкий шорох. Маленькая рощица Двенадцати Деревьев изумрудно светилась на солнце. Дин показалось, что она смотрела на волшебные деревья очень долго, но прошло всего пара секунд, как к шепоту деревьев постепенно прибавился методичный шепот Рида. И вот опять Дин оглушила битва. Секундная передышка привела друида в чувство. Ее друзья в нескольких метрах от нее сражаются с ужасным чудищем. Ни слова не говоря друг другу, выполняя каждый свою работу, они уворачивались от пик и наносили удары один за другим. Спокойное лицо Элли, стоящей в боевой стойке и раз за разом пускающей стрелы, которые, правда, отскакивали от брони всадника, вселило в Дин уверенность. Она вздохнула и уселась поудобней, приготовившись терпеливо ожидать конца сражения. Как вдруг…
- Стоять! – нечеловеческий рев. Кажется, это Ксур…
Беспорядочный топот копыт. Гигантские хаотичные скачки полуживого всадника. Лежащий в луже крови недвижимый тигр. Испуганный крик Элли.
Рид успел пробежать всего несколько шагов, как его сбила с ног пика. Лежа на спине, он успел увернуться от копыт лошади и, едва привстав на колени, судорожным движением вскинул диск. Лихорадочный шепот. От удара острой пикой в бок Рид поморщился и дернулся, но шептать не перестал. Ни истерично лупящий мечом в задние ноги коня Ксур, ни огненные стрелы Элли не могли заставить всадника развернуться. Монстр вымещал свою злобу на Риде. Снова и снова взъерошенный жрец читал свои молитвы, посылая исцеляющий луч на самого себя, пока мощный удар не выбил из его ладоней диск. Беспомощно шаря руками вокруг, Рид попытался найти чакрам, но над его головой уже вознеслось смертоносное двухметровое оружие.
Пригвоздить жреца к полу помеiал зеленый вихрь. Он закрутился вокруг всадника, ослепив на мгновение ядом все четыре лошадиных глаза. Всадник взревел и развернулся вокруг своей оси на задних копытах. Посох в руках Тима дымился, а его глаза светились зеленью Спотыкаясь, всадник побежал. Едва схватив чакрам, Рид не стал лечить свое израненное тело. Потерявший очки, перепачканный пылью и кровью, он потратил свои последние силы на то, что мог сделать в этот момент. Магия песка окутала ноги коня, замедлив его и дав время Тиму. Плюясь кровью, выдыхая кровавый пар, обезумевший монстр всем своим существом жаждал добраться до дерзкого смуглого колдуна.
Тим хладнокровно пустил со своих пальцев огненный шар – выжженные глаза коня ослепли навсегда. Не разбирая дороги, всадник метнулся в сторону и чуть не вышиб мозги своего коня, столкнувшись с каменной стеной. Воющая исполинская лошадь упала. В горло убийцы тигра, прямо под подбородком, вонзился меч Ксура. Темная кровь побежала по клинку. Дернувшись несколько раз, чудовище затихло.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Четверг, 08.04.2010, 14:31 | Сообщение # 25
Аккуратно поддерживая голову Рида, Элли вливала ему в рот алое зелье. Жрец лежал на каменном полу, благодарно глядя на лучницу. Лицо белокурого ангела светилось от слез. Два ручейка на щеках заставляло блестеть сходящее с зенита солнце. Рид кряхтел, часто облизывал губы, чтобы не потратить впустую ни одной капли драгоценной жидкости. В бутылочке осталось всего ничего, когда Элли встала и, прижимая зелье к груди, с надеждой посмотрела направо. Там, у рощицы двенадцати деревьев, Ксур и Тим положили бездыханного тигра. До боли сведя брови, воин остервенело гладил огромную полосатую голову, прижимая ладонью уши и чуть натягивая шкуру, так что губы тигра приподнимались, обнажая белоснежные клыки. Тим просто сидел рядом по-турецки. Но когда Элли подошла, намереваясь опробовать-таки остатки зелья на тигре, маг не выдержал:
- К черту! Зелье твое к чертям собачьим!
Элли отпрянула, прижав бутылочку к себе. Тим рявкнул, вскакивая на ноги:
- Афонольд умер! Не ды-шит! Поняла? Ничего не работает! – на пол со звоном упали две пустые бутылочки. Элли в ужасе закрыла рот рукой, силясь скрыть рыдания. В углу кто-то вскрикнул.
- Дин? – еле выдавила из себя Элли. Остальные живые тоже повернули головы на звук. Друид с открытым ртом стояла возле ближайшего дерева, тыча в него пальцем.
- Что, милая, что? – голос Тима. Не сравнить с тем, как он только что разговаривал с Элли.
- Тринадцать! Их тринадцать! – с трудом выдавила из себя напуганная друидка.
Через целую тягучую минуту всеобщего молчания воин заключил:
- Деревьев действительно больше. На одно. Подозреваю, это из-за убитого всадника. Эта пещера появилась совсем недавно. И немудрено, что монстра убивали до нас всего двенадцать раз, а не тысячи, как многих других существ, созданных для испытания таких, как мы. Остальные кивнули.
- Что делать с Афонольдом? – рискнула спросить лучница. Своего погибшего друга они теперь называли исключительно полным именем.
- Нести домой, что же еще, - все еще сидевший на полу Рид пожал плечами.
- Не выйдет, - голос Тима прозвучал скорее насмешливо, чем грустно. Рид вскочил:
- Да что это такое происходит!!! – Дин впервые слышала, чтобы жрец кричал. – Где тигр, черт его побери!
Там, где только что лежало тело оборотня, осталось только темное пятно, словно тень. Элли метнулась к телу монстра. На глазах друзей оно тоже начало исчезать. Будто проваливаться в пространство, молниеносно растворялось и становилось прозрачным.
- Боги издеваются над нами! – Вот, теперь и у ангела истерика. – Мы не сможем принести доказательство своей победы!
Воин схватил лучницу за плечи и хорошенько встряхнул:
- Пусть деревья считают, а с нас довольно испытаний. Домой идем!
Вытерев наспех вновь появившиеся на щеках предательские слезы, Элли выпрямилась. Вокруг нее и воина тут же появились взъерошенный жрец, смуглый маг и, наконец, испуганный и ставший вдруг молчаливым друид. Домой! Как же хочется домой! Пусть в конце сегодняшнего пути Дин ждет только школа даосов, это все же лучше пещеры с запахом крови. Пятеро измученных друзей шагнули в темноту пещерных коридоров. Когда они уже прилично отдалились от Зала теперь уже Тринадцати Деревьев, глаза наконец начали привыкать к темноте. Правда, для Дин это не было проблемой – она лучше всех могла видеть во тьме. Поэтому именно ее взгляд первым наткнулся на какие-то странные маленькие огоньки вдали. Примерно там, где коридор делал крутой поворот и превращался в холл у выхода из пещеры. Огоньки почти не светились, они желтыми крапинками покрывали темноту. Дин потерла глаза, замедлив шаг. Заметив это, Тим обнял ее за плечи и остановился, чуть прижав к себе:
- Тебе страшно?
- Да.
- Все уже позади, - маг странно улыбнулся, будто не веря собственным словам.
- Но что-то еще впереди, - уши друида робко дернулись.
- Разве сейчас время для философии? – Тим удивился.
- Да нет же, - ощущая теплые руки мага на своих плечах, Дин трудно было заставить себя думать об этих странных огоньках. – Там… светится что-то!
- Назад! – оглушающий крик Ксура, гулко отразившийся от стен пещеры. Дальнейшие события завертелись слишком быстро, слишком страшно, слишком непонятно. Они опять бежали. На этот раз назад, в зал с деревьями. Маг несся вперед, таща Дин за руку. Остальные тоже неслись со всех ног, не останавливаясь, даже чтобы что-нибудь наколдовать. Видимо, догоняло их что-то непреодолимое, что невозможно остановить ни магией Рида, ни стрелой Элли, ни мечом Ксура. Вылетев снова на площадку, где совсем недавно они бились с монстром и потеряли оборотня, друзья развернулись, обнажив оружие. Дин грубо толкнули, приказав превратиться в лису. Дело плохо… Сжав меч, она закрыла глаза. А когда открыла их, водя носом где-то на уровне икр своих друзей, ей открылась по-настоящему убийственная перспектива: на входе в зал столпилось полчище волков. Опять! Не дожидавшись, пока добыча приготовится к смерти, лавина серых хищников ринулась прямо на них.
Быстро присев, маг сунул в зубы лисы какой-то клочок бумаги. «Не потеряй!». Вскочил, направляя на приближающуюся стаю левую руку с позеленевшими пальцами. Сотня зеленых змей с яростным шипением вонзилась в стаю волков, посеяв панику. Волки визжали, подпрыгивали на месте, хватали зубами изумрудных змеек. Но это их остановило ненадолго. Покусанные, ужаленные, даже полумертвые, они с сумасшедшей настойчивостью летели убивать. Замедляющий вихрь Рида. Бесполезно! Одна за другой летящие в зверей горящие стрелы. Никакого результата! Пара прыжков… И… поле жесточайшего сражения развернулось вокруг Дин. Сразу четыре волка повисли на воине. Ксур в исцеляющем столбе света рубил направо и налево. Брызгала кровь, волки визжали и рычали.
- Все… пропало…, - прохрипел Ксур, сплевывая кровь. Призвав свои хилые магические силы, он отбросил от себя всех хищников и в долю секунды передышки вытолкнул из эпицентра бойни бледного исцарапанного сида.
- Вверх… - опять шепот. Рид долго не думал. Едва расправив соколиные крылья, рискуя упасть, он взмыл в небо, уже на лету леча своих друзей. Остальные побежали. Белоснежные крылья Элли выстрелили в стороны. На ходу наклонившись, она схватила за шкирку бегущую рядом лису и с трудом взлетела, роняя перья. Теперь над бегущими летели два сида, стараясь не задеть друг друга крыльями и не рухнуть. Переглянувшись, маг и воин одновременно остановились. Под ногами Ксура возник огромный меч. «Давайте же, давайте!» - лихорадочно думала Дин, мало что видя из-за собственных лап и пушистого хвоста – лучница неловко держала ее одной рукой, прижав к животу. Воин оторвался от земли, когда маг выпустил из горящих пальцев последний клубок змей. Под ногами Тима слабо засветилось летающее оружие. Но взлететь маг не успел. На его спину всеми четырьмя лапами тяжело опустился огромный волк. Не удержав равновесие, Тим упал. Диск отлетел в сторону, а на мага в тот же миг прыгнули штук десять оскаленных зверей. Взгляд Ксура встретился со светящимися болью темными глазами рыжего зверька. Воин чертыхнулся.
- Не смей! – прорычала Элли.
Но огромный меч уже исчез из-под ног, и Ксур прыгнул вниз, спасая любимого своего дорогого друида. Правда, к чему лукавить, он знал, что больше никогда не поднимется в небо живым. То, что было дальше, Дин почти не осознавала. Стая волков в тридцать морд. Крики Ксура и Тима. Серая скалящаяся лавина. Рыдания Элли. Бесконечный и бесполезный шепот Рида. Опять этот острый тошнотворный запах крови. Запах крови дорогих ей существ. Возникший среди всего этого месива, призванный отчаявшимся друидом Акела, тут же ринувшийся в бой. Три окровавленных тела, отдалявшихся от Дин. Приближающееся солнце. Два сида покидали проклятую пещеру и четверых погибших друзей, как можно чаще взмахивая крыльями. Роняя капли вязкой слюны из приоткрытой пасти, лиса старалась не потерять клочок бумаги – последнее, что у нее осталось. Ощупывая языком сверток, друид догадывалась, что в бумагу что-то завернуто. Прижимая зверька к себе, Элли причиняла ей боль, но Дин только пару раз за весь полет вспомнила об этом и неловко поерзала, упираясь лапами в локоть лучницы. Сиды молчали. Лиса знала: Элли плачет. На рыжий затылок обильно капали слезы и текли прямо по лбу. Дин было все равно. Хотелось выскользнуть из рук ангела и лететь, и лететь вниз, а потом… наверное, можно было бы разбиться. И никогда больше не узнать, что такое Потеря. Лиса до боли прикусила собственный язык и тихонько заскулила. Постепенно оглушающая боль уступала место ярости…






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Пятница, 21.05.2010, 06:42 | Сообщение # 26
День девятый.
***

Диана открыла глаза. Слепящее солнце настойчиво напоминало, что день уже разгулялся, и спать больше ну никак нельзя. «Никак нельзя», - еще раз продумала собственную мысль Диана. Вставать было тяжело – так гудела голова, и кололо в глазах. Ее тело протестовало против слишком долгого принудительного сна. С трудом встав с кровати, девушка, не теряя времени, отправилась в ванную, протирая глаза на ходу. Она была растерянна, никак не могла понять, почему ей приснился сон, который она уже видела. Ведь она знала, что в том мире время течет параллельно этому, и события повторяться не могут. Неужели друид сидит в гроте и раз за разом переживает страшные события? Но ведь это невероятно, чтобы переживания Дин отразились на снах Дианы. Ведь такого еще не случалось. Холодная вода привела в чувство припухшие веки, а жесткое полотенце заставило щеки разрумяниться. Диана потянулась за зубной щеткой, и уже с полным ртом пасты, остервенело возя щеткой по зубам, пробубнила себе в зеркало:

- А щищас к Бобету!

Это означало, что Диана прибегает к последней инстанции – к помощи своего друга. К Роберту нужно было явиться во всеоружии, и из ванны девушка вышла с внушительного размера косметичкой под мышкой. Правда, собралась она быстро – всего за каких-нибудь двадцать минут. Ведь ей так не терпелось скорей поделиться с любимым всем тем, что она пережила за последние дни. Небрежно швырнув косметичку на диван, Диана зашагала к входной двери. Она была готова к сложному и, пожалуй, даже абсурдному разговору. Правда, когда девушка справилась с тугими ремешками босоножек и повернула ручку двери, в ее сердце ворвались сомнения. Не оставили они ее, и когда Диана вышла на лестничную площадку, методично повернула ключ и подошла к лифту. «Все, сейчас пройдет», - она мотнула головой и зашла в лифт. Но сомнения последовали за ней. Они бесцеременно роились, нестройно гудели и, наконец, вынудили свою хозяйку испугаться. А что, если он не поймет? Или испугается? Посмеется, отругает или даже выгонит? Задний карман джинсов неожиданно загудел. Выудив тонкими пальцами под стать им тонкую «Нокию», Диана облегченно вздохнула. «Что там у тебя стряслось? Приезжай, вместе разберемся!» - писал Роберт. «Он чувствует, что нужен мне», - с этой мыслью девушка выбежала из подъезда, хлопнув дверью и возмутив сидящих на скамейке старушек.

***
Пыльная дорога летела под лапами, оставляя далеко позади дом, школу и все, что она любила. Лиса бежала уже несколько дней, останавливаясь лишь изредка – поймать что-нибудь на обед и дать изнуренным лапам немного передохнуть. Ни разу она не оглянулась, не пожалела о том, что бежит уже так долго и далеко от родных краев. Она избегала встреч с другими путниками, неизменно ныряя в кусты, едва завидев на горизонте приближающиеся силуэты. Вперед ее гнали жажда мести и След. След жил отдельно от всего мира, общаясь с друидом, направляя его, играя с ним. Рыжей стрелой проносилась она мимо деревьев и озер под звездами или солнцем. Лапы ее покрылись ссадинами, нос раздражала пыль, но ничто не могло остановить ее. Наверное, она давно разучилась думать, ведь в ее голове уже несколько дней не возникало ни одной мысли. Теперь она была способна чувствовать только неутихающую ярость, сводящую лапы судорогу и запах Следа. Лиса знала: она все ближе к цели, и это заставляло ее двигаться дальше, невзирая на боль и голод. А вот цель, пожалуй, не подозревала ничего. Сидя в холодном гроте в обнимку с пледом Тима, Дин совсем не думала о том, что ей вот-вот предстоит встреча с Касей.

***
Свеча догорала. Ее предсмертные конвульсии заставляли тени в гроте нервно дергаться на стенах. Прыгали тени и на лице Дин, но она не замечала этого.

- Поела? – Рид мотнул головой, указывая на друида, сидящего на полу.

- Да, конечно, я заставила, - грустно ответила Элли. – Вот только молчит постоянно и возвращаться в Школу не хочет.

- Так заставь, - бесцветно предложил жрец. – Я помогу, она легкая, донесем.

- По воздуху?! – лучница кинула на друга возмущенный взгляд. – Ты с ума сошел? Нас в город на крыльях не пустят. Только даосам можно там летать.

Рид пожал плечами:

- А мы кто? Мы же испытание прошли, друзей потеряли… Элли, нам нужно возвращаться, чтобы их смерти не были напрасны.

Элли не ответила. Она обеспокоенно смотрела на Дин и кусала губы. Друид сидела в обнимку с зеленым пледом, время от времени механически водя пальцами по воздуху. Наверное, именно там находился бы лоб бедного Акелы, если бы пес был сейчас жив. Лучница не могла понять, что именно испытывает по отношению к Дин. С одной стороны, ей было жаль подругу, потерявшую любимого и не умеющую так, как выпускники школы даосов, справляться с потерями. С другой, ангел яростно мечтала оказаться на ее месте, ведь Ксур кинулся спасать Тима ради друида, а не ради Элли, всем сердцем любившей воина всю свою жизнь. Эта мысль казалась низкой, пошлой, но была сильна и никак не хотела выметаться из головы. Как бы там ни было, успокаивала себя белокурая лучница, уж чего, а ненависти к Дин она не испытывала. Скорее наоборот, ближе нее и Рида на белом свете никого для нее больше не существовало. Она готова была всадить стрелу в любого покусившегося на жизнь маленькой лисы и, как Ксур, до последнего вздоха сражаться за нее.

- Элли! - голос Дин прервал размышления лучницы. – Хочешь, я покажу тебе идеальный мир?...

Элли и Рид уже сидели рядом с друидкой, которая, даже не поменяв позы, с горящим взглядом разговаривала сама с собой.

- Совсем свихнулась? – Рид поправил очки.

- Не знаю… - осторожно протянула лучница и жестом приказала парню помолчать.

Дин самозабвенно рассказывала об огромных крылатых машинах, пересекающих небо, о необычных домах и маленьких назойливых птицах. Кстати, перо одной из них Дин бережно хранит – когда-нибудь оно поможет ей навсегда остаться в том мире. И, конечно, она заберет с собой Элли. Но подруга старалась не слушать ее. Она знала о снах друида, но такие неслыханные детали о странном мире пугали ее. Наклонившись над Дин, она протянула, обращаясь к Риду:

- Придется лететь…

В отличие от лучницы, жрец слушал очень внимательно, и потому не пропустил фразы, ставшей судьбоносной для всех троих.

- Что сказала?! – он схватил друида за плечи и затряс: - Чего сказала-то только что? А ну повтори! Какая птица?!

- Голуби, - Дин непонимающе отталкивала Рида. Но тот, услышав название птиц, сам толкнул ее, тут же вскочил и подбежал к столику Тима. Друид и девушка-сид переглянулись.

- Ты что? Тоже был там? – предположила Дин.

- Что тебе известно о ее снах?! – поразилась Элли.

- Сейчас… сейчас, - бормотал жрец, раскидывая на столе Тима исписанные листы бумаги, свитки, чертежи, тетради и книги. Внезапно он завопил:

- Нашел!!! Голуби! Вот здесь о них! – бедные, пережившие немало за последние дни, даже треснутые местами очки еле держались на носу, но Риду было все равно. Он не стал поправлять их, а одним прыжком преодолел пару метров, отделявших его от девушек. В глазах Дин Элли уловила искру любопытства, когда жрец протягивал друиду зеленоватый листочек. Как только Дин взяла его в руки, лучница разглядела, что это была даже половина листочка, причем часть оторвана будто специально – рваный край огибал слова, написанные прямо посередине. Все трое на несколько секунд уставились в нервный почерк мага.

Только белому
бегущему на
ногах, в раскаянии
с голубиным пером
под силу одолеть меч

- Мое перо! Здесь ведь о нем речь? – оживилась Дин.

- Да, да! – улыбка до ушей, жрец был явно горд собой.

- Только не понятно ничего. Что с этим пером делать? И, главное, кому? Жаль, что Тим никогда не делился с нами своими прозрениями, – Элли, как всегда, предпочла перейти сразу к делу.

- Остальное в орехе! – теперь эстафету у жреца переняла Дин. Самодовольно улыбаясь, она сняла с плеча дорожную сумочку и начала методично выкладывать из нее все содержимое.

- Какой орех? Да почему я одна ничего здесь не знаю?! – ни Рид, ни Дин не поняли, всерьез разозлилась Элли, или съязвила для проформы. Но когда друидка выудила из сумочки грецкий орех, перевязанный зеленой ленточкой, даже сама сердитая лучница позабыла о том, что только что сказала. Дин развязала ленту. Оказалось, что скорлупа ореха был давно расколота на две половинки, а ядра и вовсе не было. Вместо него пальцы друида достали скомканный клочок бумаги. Три слова были написаны на нем в неровный столбик:

даосу
четырех

возмездий

Неудивительно, что этот кусочек ровнехонько подошел к тому, что Рид нашел на столе мага. Вместе они составляли одно целое, и текст оказался вполне понятным.

- Только белому даосу, бегущему на четырех ногах, в раскаянии с голубиным пером под силу одолеть меч возмездий, - прочитала Элли. И тут же в гроте воцарилась тишина. Только слышно было, как прерывисто дышит жрец, и хвост друида чуть слышно стучит по полу. В голове каждого из них завертелись вопросы, догадки и сомнения. Откуда Тим мог знать, что они найдут вторую часть текста? Почему он написал так мало и ничего не сказал раньше? Лучница прервала молчание, предложив обсудить прочитанное. Дин и Рид согласно кивнули. Но что именно хотел сказать Тим, понять было чрезвычайно сложно. Сомнений не вызывало одно – сразиться с Касей и навсегда уничтожить проклятие двух мечей придется все-таки друиду. Но как выполнить все условия? Основательно помучавшись, так и этак покрутив странную фразу, друзья решили, что первым делом нужно возвращаться в Школу. С этим была согласна даже Дин. Она сама призналась, что ей не терпится начистоту поговорить с отцом Ксура. У нее было много вопросов, не меньше было причин вонзить клыки в горло жестокого старика. Она не сомневалась: злобный маг знал, чем закончится их поход в пещеру. Кроме того, поквитаться с Касей она могла, только став даосом. А на этот титул право заслужили все трое. Условие «на четырех ногах» тоже казалось вполне понятным – лишь будучи лисой Дин имела шансы на победу. Но вот что означал белый цвет? Ответ на этот вопрос друзья не нашли.

- Спросим у Верховного, - предложила Элли.

- Решено! – с этими словами Дин побежала собираться. Сиды посмотрели друг на друга и улыбнулись. Ни один из них даже не предполагал, как порадует их перемена в поведении друида. Проснувшийся вдруг в ней энтузиазм и полнейшее отсутствие страха посеяло в сердца измотанных друзей маленькие зернышки надежды.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Понедельник, 24.05.2010, 16:17 | Сообщение # 27
- Ты чувствуешь, Тим? – Голос проснулся.
- …чувствую…
- Ты помнишь, Тим?
- Помню!
- Нехорошо… - Голос осекся.
Но через мгновение Голос взял себя в руки:
- Скоро пройдет. А пока… расскажи мне что-нибудь, а то скучно.
- О Ней?
- Конечно, ведь только о Ней, о Жизни, я могу слушать бесконечно…
- Она была прекрасна…
- Этого мало, - пробубнил Голос. – Какая она сейчас?
- Чужая.
- Без тебя, но не чужая, - Голос прозвучал насмешливо. – Твои друзья живут за тебя. Ты ведь оставил им послание.
- Возможно, зря.
- Ты немногословен, - Голос обиделся и замолчал.
Но через несколько секунд он вспомнил:
- А если бы они не догадались?
- Это не имеет значения… Я видел, что это случится, даже если бы мое послание никто не прочел. Все идет к своему логическому концу.
- Ты и свою смерть видел?
- Не четко. Видел, что не вернусь из пещеры. Видел, что друзьям угрожает опасность. А еще – что Ксуру осталось столько же, сколько и мне.
- И ничего ему не сказал? – Голос казался удивленным.
- Ты сам знаешь.
- Эгоист, - буркнул Голос и затих.
- Нет! Нельзя менять ничего! Это невозможно и против правил. Они бы испугались.
- Злишься, - слово пролилось как густой абрикосовый кисель.
- Злюсь… - звонкая капля воды.
- Нехорошо… - повторил Голос. И снова добавил: – Скоро пройдет. А зачем сейчас рассказал? Ведь это против правил.
- Я мертв. Для меня нет правил.
- А причины есть? – елейно подлизывался Голос.
- Есть. Может, так я помогу ей.
- В чем?
- Надеюсь, теперь ей хватит сил пережить это испытание. Она будет думать, что все происходит согласно пророчеству.
- Ты ведь знаешь будущее. Знаешь, когда она умрет, - не унимался Голос.
- Но я не знаю, как она будет жить…
- Тебе это важно? – Голос отчеканил каждое слово.
- Отстань… Я устал, слишком много вопросов!
- Хмммм…. – Голос медленно растворился. Воздух возмутил обиженный взмах тяжелых крыльев, и Тим снова стался один.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Воскресенье, 20.06.2010, 16:56 | Сообщение # 28
Высокая брюнетка решительным движением открыла дверь и уверенно зашла в кабинет. Вслед за ней, держась чуть на расстоянии, чтоб не опалить волосы хозяйки, вплыл по воздуху феникс. Раскинув тонкие крылья, он гордо взмахивал ими, распространяя вокруг себя потоки обжигающего воздуха. В отличие от своей птицы, друидка, едва войдя, напрочь растеряла всю свою уверенность – слишком уж сердито смотрел на нее даос. Она знала: ни ей, ни всему ее отряду не простили ту выходку, когда они чуть не убили Варо, хотя должны были использовать данные им магические свитки лишь наполовину, не нанося своему покровителю существенного вреда. Вспомнив тот случай, брюнетка самодовольно облизнулась, на мгновение блеснув острыми клыками. Правильно говорят: трудно придать лицу раскаяние, когда воспоминания так сладки…

- Фая, ближе подойди! – скомандовал даос, сидевший за столом.

Друидка сделала пару шагов и остановилась. У нее не было никакого желания подходить вплотную к разозленному магу. Конечно, в случае с безумными колдунами расстояние не имеет значения, но так было спокойнее. Внезапно Варо сам вскочил с высокого стула и в два прыжка оказался очень близко к брюнетке. Друидка отшатнулась, но маг схватил ее за подбородок и притянул к себе. Ее щеки ощутили ледяную энергию, исходящую от кожи старого мага.

- Не забывай, девчонка, откуда я тебя вытащил, - голос даоса звучал так зло, что Фая в страхе сжала губы и старалась даже не дышать. Варо продолжал:

- А ты мне еще такие фокусы выкидываешь! Передай Розе, что я ее испепелю вместе с перьями, если вы еще раз ослушаетесь.

Девушка всхлипнула.

- Именно ее, за ваши общие проступки! Пусть отвечает за своих щенков! И за себя. Я лично превратил ее на время в даоса, так эта тварь меня чуть не убила! – казалось, ярости даоса не было предела. Он в бешенстве отчитывал брюнетку, не выпуская смуглый подбородок из крепких пальцев. Девушка часто моргала, стараясь не отводить взгляда. Распахнувшаяся дверь прекратила мучения девушки. В кабинет вошел оборотень Роб. Он был на голову выше рослой друидки, но почтительно остановился чуть позади нее – дань субординации, ничего не поделаешь.

- Не буду тратить время на то, чтобы отчитать и тебя, глупый пес! – рявкнул маг, оттолкнув от себя Фаю. Друидка обиженно поджала пушистый лисий хвост, оборотень же пропустил окрик мимо ушей. Варо сделал глубокий вздох и продолжил уже совершенно спокойно:

- Детки, должно быть, уже завтра оба меча будут здесь, вы готовы?

Фая кивнула:

- Мы долго к этому готовились, - ее голос дрожал. – Встретим как надо.

- Вот и славно, - Варо улыбнулся. Он уже хотел отпустить зооморфов, как вдруг феникс Фаи, все это время вынужденный судорожными движениями крыльев удерживать себя на одном месте, устало расправил крылья и спланировал чуть ниже. В своем маневре огненная птица имела неосторожность оказаться слишком близко к даосу. Один нервный взмах – и в лицо учителя прилетела волна раскаленного воздуха. Увидев опаленные ресницы Варо, Фая в ужасе раскрыла рот, но не успела сказать ни слова: ее феникс вспыхнул синим водяным пламенем, коротко вскрикнул и тут же превратился в пар. Даос скривился и прорычал:

- В следующий раз не будешь приводить сюда свое глупое животное. Убирайтесь!

С ужасом глядя на него, брюнетка попятилась. Роб схватил боевую подругу за руку, и оба они исчезли за дверью.

В коридоре Фая, наконец, позволила себе дать волю чувствам. Слезы обиды блеснули в ее глазах, кулаки сжались. Из-под ног, тихо жужжа, потекли по воздуху слабые ручейки сонных насекомых. Роб знал: если не остановить легко впадавшую в ярость подругу, вокруг друида через несколько секунд появится целый рой злобных кусачих существ. И кусать они будут вовсе не ее… Уши оборотня, будто вспомнив подобный случай, зачесались.

- Фаечка, нас Розочка ждет, пойдем, она поделится магической силой для воскрешения твоей птички, - Роб не испытывал к вспыльчивой девушке никаких чувств, кроме дружеской привязанности. Но этого было предостаточно. Выполняя приказы старика, их трио не гнушалось убийствами из-за спины, ночными нападениями на целые группы путешественников и даже открытыми боями с превосходящими по численности отрядами. И все это время Фая была рядом. Ярость на ее лице, жужжание слетавших с пальцев насекомых, бледные губы, шепчущие отравляющее заклинание, блеск белоснежных клыков, заливистый смех… Он знал ее наизусть, он не мог представить себя без этой девчонки. Сколько раз ее феникс спасал ему жизнь, сколько раз он уносил с поля боя на своей полосатой спине эту лису, добровольно отдавшую своему напарнику все свои магические силы без остатка... По-своему он, наверное, даже любил ее. И только теперь Роб понял, откуда эта черноволосая бестия черпает свою злость: из обиды и жажды мести. Бережно взяв друидку за локоть и ведя ее к выходу, оборотень твердо решил: он обязательно отомстит заносчивому старику за унижения, которые раз за разом переживает его друг.

***

Варо самодовольно улыбался: круг замыкался, многолетние поиски пути в идеальный мир подходили к концу. И, кажется, он выходил из этой истории абсолютным победителем.






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Суббота, 25.09.2010, 17:57 | Сообщение # 29
ЭЛЛИ

Где та грань, что разделяет ангельское самопожертвование и дьявольский просчет, райское терпение и чудовищную жестокость? Говорят, игра стоит свеч. Но если это свеча на погребальной плите? Элли сидела прямо на траве, на берегу маленького лесного озера. Верный лук лежал рядом. Забавно ныряющие утки, радостное чириканье птиц, утреннее солнце и почти гладкая поверхность воды – чем не идеальное место и время для разговора с самой собой? Но беседы со своей совестью, как правило, не случаются в хорошем расположении духа и сами по себе способны испортить отличный день. Тонкие белые пальцы лучницы поигрывали неестественно прямой веточкой. Зеленые глаза, обрамленные темными ресницами, гипнотизировали маленький клейкий, еще более зеленый листочек. Несколько минут назад старую засохшую ветку Рид превратил в живую по странной просьбе своей подруги. Сорвавшимся голосом буркнув «спасибо», Элли убежала. Вот если бы так же, как эту веточку, можно было…

Девушка тряхнула головой, отгоняя назойливую мысль. Сейчас думать предстояло не об этом. Именно здесь, именно в эти минуты она должны была предстать, наконец, перед судом собственной совести, отдать безжалостной химере на блюдечке свою душу и безропотно наблюдать, как та ее поедает.

В тот самый день, когда даос Варо, отец ее ненаглядного Ксура, позвал Элли в свой кабинет, она мечтала вернуться не раз. Но время неумолимо. И от разговора давностью в несколько месяцев остались только черные воспоминания и жаркое чувство вины без всякой надежды что-то исправить. Варо был красноречив, он как всегда без труда расположил к себе девушку с внешностью ангела, но отнюдь не ангельским характером. Даос чуть не со слезами на глазах рассказал ей историю мечей, оставивших на роду старого мага вечную жажду мести. Он говорил долго, много, но из всех его слов она запомнила только одну фразу, резавшую любящее сердце пополам: «Именно Ксур – наследник проклятия нашего рода, и ему суждено умереть». Тот, за кого она готова пустить стрелу в лоб самому дьяволу, мог погибнуть глупо, из-за какой-то древней легенды. Элли от бессилия сжимала кулаки, так что ее и без того бледные пальцы белели еще сильнее. Под конец своей тирады даос по-отечески погладил белокурого ангела по голове и ласково провел пальцами по острым белым перьям, дерзко торчащим над ушами. Сделка была заключена, и знала бы Элли, что ставка в ней – жизнь.

Как и обещал даос, Дин оказалась если не глупой простушкой, то уж точно наивным ребенком. Она вовсе не удивилась, что незнакомая ей лучница так много знает о ее снах. Маленькая друидка свято верила в исключительную интуицию Элли. Стать лучшей подругой очень легко, если у тебя пушистые белые локоны, большие светло-зеленые глаза и совершенно невинный взгляд. Кроме того, лучница сразу взяла друида под свою опеку. Можно сказать, именно она ввела Дин в новую компанию. А еще она много знала о Ксуре. О прошлых отношениях лучницы с воином друидка не спрашивала. Да Элли и не могла бы ничего рассказать. Только сейчас, сидя наедине с собственной совестью на берегу озера, она позволила себе заглянуть в те далекие, но, несомненно, счастливые для нее дни.

Большие добрые глаза Элли, белоснежные мягкие кудри и нежные губы, которые она так забавно надувала, когда сердилась, не могли не подкупать мужчин всех возрастов. И только Ксур никогда не считал ее ангелом. Правда, это не помешало ему горячо влюбиться в свою подругу, которую он знал с детства. Будущий воин мечтал вместе закончить школу даосов вместе со своим ангелом и стать мужем самой красивой, самой бесстрашной и, конечно, самой искусной лучницы на свете. Элли мечтания Ксура полностью разделяла. И больше всего ценила она именно то, что он принимал ее со всеми недостатками. Зеленоглазая блондинка отличалась редкой безжалостностью по отношению к тем, кто так или иначе вставал у нее на пути. А в тренировочных сражениях Элли спускала тетиву так хладнокровно, что даже Ксур не мог не удивляться. И пусть в тренировке стрела испарялась, не долетая до цели, обжигающе холодный взгляд лучницы ранил в самое сердце не хуже стального наконечника. Элли не скрывала от любимого эту темную сторону своей натуры и, видимо, зря.

Их отношения прервались внезапно. Ксур разорвал их стремительно, не оставляя ни единого шанса, вмиг отдалившись от некогда любимой девушки. Возможно, он не смог принять двойственность натуры лучницы. А, может, она просто повзрослела и перестала соответствовать его вкусам. Элли не знала ответа и предпочла не задавать лишних вопросов. Со свойственной ей силой духа белокурая красавица не стала устраивать истерик, и даже поехала-таки в ту же самую школу даосов, что и он. Здесь она училась рядом с ним и сражалась на тренировках бок о бок с любимым, неизменно в одном отряде. Поначалу Ксура такое соседство напрягало. Он знал, что ее чувства не остыли, а ответить тем же уже не мог. Но Элли, казалось, не было и дела до собственных переживаний. Ее стрелы (теперь уже вполне осязаемые) летели точно в цель. Особенно если эта цель неосторожно оказывалась рядом с воином. Лучница совершенно не обращала внимания на улыбки Ксура в адрес других девушек, подолгу и с видимым спокойствием болтала с ним по вечерам, но неизменно отказывалась даже от невинных прогулок с многочисленными своими поклонниками. Когда образовался их маленький отряд, Ксур позволил себе успокоиться окончательно. Элли, казалось, всецело была поглощена тренировками и созданием уютной атмосферы в группе. Последнее ей удавалось с не меньшим успехом, чем и стрельба из лука. В группе в ней души не чаяли. Даже Тим, хмурый темноволосый маг, не мог не улыбнуться в ответ на улыбку очаровательного ангела. Но когда Ксур вернулся из маленького путешествия в Город Оборотней с Дин…

Элли помнила тот вечер в малейших деталях. Когда Ксур и маленький друид вышли из кареты, воин будто намеренно старался не смотреть на старую подругу. Этого оказалось достаточно, чтобы лучница поняла: в ближайшее время ей придется собрать в кулак всю свою волю, чтобы с ресниц не соскользнула слеза обиды, а взгляд не полыхнул яростной ревностью. Как и просил даос, она не стала терять ни минуты. Схватила друидку за руку, отбежала с ней подальше и упомянула о снах, которые так мучают Дин. Что это за сны, лучница толком не знала. Но твердо была уверена: так надо. И только так можно спасти ее ненаглядного, пусть даже для нее, маленькой глупой девчонки с кошачьими ушами.
Варо обещал, что они пройдут испытание. Он говорил, что после него Ксур станет, наконец, даосом, и получит по наследству магические способности, которые дадут ему шанс противостоять ужасному проклятью. А когда в маленькую друидку неожиданно влюбился Тим, у Элли появилась надежда на то, что и в ее жизни еще возможно счастье. Но счастья не случилось…

События, стремительно развивавшиеся далее, Элли при всем желании не смогла бы уже остановить. В пещере, где навсегда остались Ксур, Тим и Айфоня, лучница не задумавшись подхватила на руки ошалевшую от ужаса лису. Почему-то, пусть даже ценой собственных крыльев, она была готова спасать от смерти ту, что покорила сердце ее любимого. Также и Ксур – погиб, сражаясь бок о бок с Тимом в последнем их сражении. «Что ж, пусть судьба и разлучила нас, но мы по прежнему два сапога пара, любимый, - улыбнулась Элли. – Виновна ли я в твоей смерти? Или просто попалась под руку злому року?»
Совесть не давала подсказок… Она хранила гробовое молчание. Правда, Элли уже не нуждалась в ее услугах. Горько усмехнувшись, она взяла в руки лук.

- Ну что, родной, повоюем еще? В последний раз, пожалуй… Будь меток, а я обещаю, что рука моя не дрогнет, - сказав это вслух, лучница поднялась на ноги. Ядовитое чувство вины прошло, уступив место отчаянной решимости.

***

Так где же та грань, что отделяет добро от зла? И может ли считаться ангелом тот, чьи деяния, адским псам подобно, оставляют за собой кровавые следы?






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Клото (Администратор)
Информация о пользователе
Дата: Суббота, 25.09.2010, 17:57 | Сообщение # 30
Рид

Порой не важно, виноват ли ты, главное, насколько ты ощущаешь себя виновным.

В свои 17 лет Рид не знал ни одного исцеляющего заклинания. Да что там, он совершенно не умел пользоваться магией жрецов. Его мать, жрица в 12м поколении, ничего не могла поделать со своим взбалмошным сыном. Отец же закрывал глаза на чудачества Рида. Пожилой лучник, прошедший и огонь и воду, считал не лучшей идеей торопить сына. «В магии семь раз обмозгуй, один раз накастуй», - говорил он, посмеиваясь. «Опять жаргонными словечками сыпешь», - ворчала жена, но никогда не выговаривала мужу за его безответственность. А вот Риду от матери доставалось. Мягкая и терпеливая со своим спутником жизни, сыну высокая жрица с седыми крыльями спуску не давала. Юный жрец получал подзатыльники каждый раз, когда отказывался повторить за матерью самое простое заклинание исцеления. Но, выдержав очередной скандал, Рид снова и снова убегал из дома не на площадку для тренировок местных сидов, а на ближайшую пристань. Кто и когда построил ее рядом с Городом Перьев, никто из жителей уже и не помнил. Более того, кроме Рида да еще пары совершенно безнадежных молодых сидов на пристани не появлялось ни души.

Свесив с пирса загорелые ноги, невысокая лучница с блестящими черными волосами смотрела на плавающую по водной глади утку. Слабый ветерок поигрывал ее длинными прядями, то пряча, то вновь легким порывом открывая лицо. Приближения Рида девушка не заметила. Только ощутив на себе высокую тень, она, наконец, подняла голову.
- Ты как всегда опаздываешь! – наверное, эта фраза должна была прозвучать сердито, но брюнетка широко разулыбалась. Она привыкла к опозданиям своего друга, и была наслышана о его строгой матери.

- Извини, Линси, это в последний раз, - привычно пробубнил Рид, неловко поправив очки.
Лучница мотнула головой и смешно надула губки:

- Мне уже не четырнадцать лет, а шестнадцать. Мог бы называть меня полным именем.

- Ну… Линси как-то приятней звучит, - Рид сел рядом, также как она свесив ноги и чуть не зачерпнув носками сапог речную воду.

- Илинсар, Рид! – по пирсу к ним бежал, неуклюже взмахивая руками, полноватый лучник Даниэль.

- Вот, учись! – Линси показала Риду язык и, вскочив на ноги, бросилась обнимать брата. Жрец облегченно вздохнул. В присутствии третьего члена их небольшой команды он чувствовал себя гораздо уютнее, чем наедине с Илинсар.

Не теряя времени, друзья спустились к реке. На прозрачной воде мерно покачивался плот. Несколько недель они трудились над его изготовлением. И вот, накануне вечером, спустили-таки свое суденышко на воду. Это было великое событие, и по такому случаю Илинсар принесла из дома большой нектарный пирог собственного приготовления, а Рид стянул из сада несколько больших спелых слив. На сегодня же было запланировано отплытие.

На мягкую траву упали три тяжелых рюкзака. Даниэль сразу же принялся доставать содержимое. Илинсар и Рид тоже знали, что делать: лучница придирчиво выбрасывала то, что считала ненужным, а жрец молча укладывал в четвертый рюкзак то, что предполагалось взять с собой. Превратив таким образом три поклажи в одну, ребята без всякого сожаления забросили оставшиеся вещи под пирс.

Все также молча и сосредоточенно Рид и Даниэль подняли и закрепили на плоту небольшую мачту, а Илинсар расправила под мачтой пару пледов. Когда все было готово, друзья довольно оглядели свое творение и друг друга.

Плот был прекрасен: прочный, большой, выкрашенный ярко-желтой краской. На мачте аккуратно выведенное алое имя – «Нарвал». Название плоту придумал Даниэль. «Это большое и красивое морское животное, с длинным острым рогом», - рассказывал он. Имя было признано запоминающимся, звучным и вполне подходящим для их первого путешествия. «Мы вырастем, станем настоящими морскими волками, будем плавать на огромных кораблях, но «Нарвал» навсегда останется в наших сердцах», - говорил брат Линси. И вот «Нарвал» меланхолично покачивался у берега, ожидая, когда же его пустят, наконец, в первое плавание. А ждать оставалось недолго. Илинсар, сидя на теплом пледе и придерживая их единственный рюкзак, начала обратный отсчет:

- Пять! Четыре! Три! Два! Один! Вперед! – радостно прокричала девушка. И Рид, не заставляя себя уговаривать, проворно отвязал толстый канат и бросил его на берег. Не теряя ни секунды, жрец забежал в воду, толкнул «Нарвала» и, обдав друзей теплыми брызгами, запрыгнул на плот. Даниэль передал другу приготовленное полотенце и аккуратно опустил в воду весло. Солнце только-только ознаменовало полдень.

Даниэль и не думал, как это тяжело – часами напролет работать веслом. Рид и не предполагал, как сложно следить за парусом, не давая меняющемуся ветру порвать его или повернуть плот в неверном направлении. Илинсар и представить не могла, как трудно раскладывать еду по тарелкам, когда пол под ногами качается, от солнца некуда спрятаться, а есть хочется уже очень-очень. Неудивительно, что к исходу третьего часа троица устала смертельно. Рид чувствовал себя неловко: он был жрецом, и ему на роду написано было излечивать и ободрять своих спутников. Но что он мог? Только молча благодарить судьбу за то, что она послала ему таких благородных и преданных друзей. Линси и ее брат ни словом, ни взглядом не упрекнули нерадивого целителя. Совсем выбившись из сил, сиды приняли решение пристать к берегу.

Необходимость внепланового привала подпортила было настроение ребят, и они молчаливо поворачивали «Нарвала» боком к течению. Грести пришлось уже вдвоем. Благо для этого на борту было хоть и очень старое, сломанное пополам, но все-таки весло. Когда до берега оставалось всего с десяток движений веслами, «Нарвал», неуклюже подпрыгнув, вдруг остановился. От мощного подводного толчка Линси не удержалась на ногах и растянулась на плоту, чуть не упав в воду. Да и парни чудом умудрились остаться на борту.

- Что это? – Илинсар быстро вскочила на колени, но не рискнула встать в полный рост – «Нарвал» сильно накренился, и такой маневр был чреват падением. Даниэль попытался грести, но плот намертво завис сантиметрах в тридцати над водой. Сиды ощущали, как об дно плота плещется вода. Придерживая практически слетевшие с носа очки, Рид перегнулся через край и заглянул под плот.

- Мама дорогая! – вырвалось у жреца. Он подскочил на месте и уже через мгновение сидел у мачты, крепко держась за нее руками. – Ребята, дело плохо…

- Что там?! – встрепенулся Даниэль, но заглянуть под плот не рискнул. Линси испуганно всхлипнула.

- Златочешуец! Он… огромный!

Переглянувшись, Даниэль и Илинсар сели ближе к Риду, так же как он, схватившись руками за мачту. Волосы лучницы щекотали правую щеку жреца, а к левому плечу Рида плотно прижималось огромное плечо Даниэля. Напуганные и растерянные, ребята так и просидели бы, если бы исполинская рыбина не зашевелилась. Тяжело развернувшись вместе с «Нарвалом» на своей спине, златочешуец поплыл в сторону от берега.

- Куда он нас везет? – прошептала полумертвая от ужаса девушка. Дрожащей рукой ее брат указал куда-то в середину реки. Глаза Рида округлились от ужаса. Рыба вдвое крупнее их плота на полном ходу несла «Нарвал» к трем своим товарищам. Златочешуйцы суетились. Они разевали гигантские рты, полные мелких острых зубов. Каждый такой зуб был размером с наконечник стрелы отца Рида. И, наверное, гораздо острее… Жрец поморщился. Внезапно приближение верной смерти перестало пугать его. Он посмотрел на Даниэля и встретил его отчаянный взгляд. Ни слова не говоря, они кивнули друг другу и вскочили на ноги.

«Нарвал» качнулся и, потеряв равновесие, соскользнул с покатой спины хищника. Почуяв неладное, златочешуец ушел под воду, резко вынырнул рядом с плотом и со всего размаху перекусил «Нарвала» пополам. Но было уже поздно: схватив Илинсар под руки, сиды прыгнули вместе с ней в воду и теперь лихорадочно грeбли к берегу. Блеснув глазами, рыба медленно ушла обратно под воду. Правда, друзья не заметили этого. Зато они хорошо ощутили движение под собой – быстрый хищник всплывал прямо под ними! В сердце похолодело… Приближающийся берег дрожал, вода заливала голову, нос и очки. Но Рид не сводил глаз с берега и плыл, плыл, плыл, крепко придерживая на плаву Линси. С другой стороны не отставал Даниэль. Они плыли быстро, но рыба оказалась быстрее. Разинув рот, златочешуец бросился на самую легкую добычу. Его челюсти сомкнулись и тут же разжались – брюхом хищник врезался в дно и поспешил ретироваться, испугавшись застрять на мелководье.

Сделав еще пару движений руками, Рид и Даниэль одновременно встали ногами на дно.

- Успели, Линси! – обрадовано закричал жрец и отпустил свою ношу. Тело девушки мягко осело, почему-то лицом вниз Илинсар упала в воду, черные волосы пеленой распластались на поверхности реки, смешиваясь с пятном темной крови. Дико взвыв, Даниэль подхватил Линси на руки и двумя пряжками вылетел на берег. Тошнота подкатила к горлу жреца, когда он увидел, что тело его подруги в буквальном смысле перекушено пополам. Огромные челюсти насквозь прокусили ее спину, Линси даже пискнуть не успела… Выйдя на негнущихся ногах из воды, Рид оказался в объятиях Даниэля.

- Ну давай! – не своим голосом заорал Даниэль, заливаясь слезами. – Лечи ее, давай!

Брат девушки затряс Рида так, что тот чуть сознание не потерял. А еще этот тошнотворный запах крови… Жреца сильно мутило, но он нашел в себе силы оттолкнуть друга и, шатаясь, подойти к безжизненно лежащей на земле Илинсар.

Сила жреца уникальна. Сила жреца свята. Сила жреца в его сердце. Чтобы прочесть заклинание, нужно знать его наизусть. Но чтобы совершить чудо, иногда достаточно веры в себя.

Порой не важно, виноват ли ты, главное, насколько ты ощущаешь себя виновным. Ведь если ты не смог помочь, в чем тебя упрекнуть? Но если ты даже не попытался, не будешь ли ты навечно обречен на раскаяние?






Танчит не бао, танчит друля с бао. На словах разница невелика, на деле - огромна. Без грамотной друли бао никогда не будет таким легендарным танком, каким его принято считать. ©пёрто.

И у меня есть своя маленькая слабость... светлая

Форум » Не вошедшее в другие разделы » Флудильня » Голубиное перо (RREINEKE)
Страница 2 из 3«123»
Поиск:
Хостинг от uCoz